« Предыдущая Следующая »

Весы (справедливости) в толковании Ал-Кур'Ана

Прочитано: 2300 раз(а)

Весы справедливостиВниманию читателей предлагается перевод «Предисловия» и толкования первой суры Корана одного из самых авторитетных ши'итских ученых Ира­на XX в. — Мухаммада ат-Табатаба'и. Это первая в отечественном исламоведении попытка передать толкование Священного Писания мусульман в изложении ученого-ши'ита. Огромный, 20-томный труд Мухаммада ат-Табатаба'и, написанный по-арабски и переведенный на персидский язык, неоднократно переиздавался.

По характеру используемых материалов и по принципам аргументации автор подразделяет свое «Толкование» к Корану на несколько видов. Прежде всего он особо выделяет «кораническое» (кур'ани) толкование, основанное на кораническом материале (по принципу «ал-Кур'ан толкуется посредством ал-Кур'ана»). Этот вид толкования он называет «Разъяснением» (ал-байан). Далее — толкования, основан­ные на устной передаче (рива'и), или традиции, на научно-религиозной ('илми), философской (фалсафи) и этической (салаки) аргументации, на историческом (тарихи) материале или на комбинациях этих видов толкования — религиозно-исторические, религиозно-философские, религиозно-этические, этико-социальные (ахлаки иджтима'и). Каждый из выделяемых фрагментов Корана автор сопровож­дает разным сочетанием перечисленных выше видов толкования, однако единст­венный вид толкования, который пронизывает весь текст сочинения и с которого начинается изложение, — «кораническое» (кур'ани) толкование, «Разъяснение» (ал-байан). Это методологический подход автора, проповедовавшего принцип са­модостаточности Корана. Все другие виды толкования он рассматривает как допус­тимые, но подчиненные и не дающие полного и глубинного понимания содержания Божественного Откровения. Исходя, в частности, из этого обстоятельства, для пе­ревода выбран именно этот вид толкования.


Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного!

Хвала Аллаху, который открыл рабу своему Божественный закон (ал-Фуркан), чтобы он был увещевателем для миров! Благословение тому, кого Он сделал свиде­телем, благовестником, увещевателем, призывающим к Аллаху с Его соизволения, освещающим светочем! (Благословение) его сродникам — семье Дома (ахл ал-байт), от которых Он устранил скверну и которых Он совершенно очистил!

Предисловие, в котором мы кратко описываем метод (маслак) исследования смы­слов «знамений» (айат) Всеблагого ал-Кур'ана в этой книге. «Толкование» (ат-тафсир), а это разъяснение коранических смыслов «знамений» и раскрытие их целей и их значений — самое давнее из научных занятий, которые наказаны мусульманам. Ведь история этого вида исследования и изыскания, назван­ного «толкованием», началась со времени сошествия ал-Кур'ана, как явствует из слов Всевышнего, Всесвятого: «...как Мы послали к вам посланника из вас, который читает вам Наши знамения, очищает вас, обучает вас Писанию и мудрости...» (Коран 2:146/151). Первое поколение толкователей-мусульман представляла группа из числа «спод­вижников» (ас-сахаба) — под ними имеются в виду [сподвижники], кроме 'Али, — мир ему! — ибо у него и у имамов из его потомства другое предание, которого мы коснемся, — как то: Ибн 'Аббас, 'Абд Аллах б. 'Умар, Убайй и другие, которые за­нимались этим делом. В то время исследование не выходило за пределы разъяснения того, что связано в «знамениях» с их нравственными сторонами, обстоятельством (их) сошествия, редким использованием одного «знамения» в качестве доказательст­ва другого, а также редким толкованием посредством устных передач со слов Проро­ка — да благословит его Аллах и да приветствует! — в рассказах (о пророках), в све­дениях о начале (сотворения) и возвращении (из мертвых) и других. Сходное этому описанию относится к положению среди толкователей из числа «по­следователей» (ат-таби'ун), как то: Муджахид, Катада, Ибн Аби Лайла, аш-Ша'би, ас-Судди и другие в первые два века ал-хиджры, ибо они не добавили к методу (шарика) своих предшественников из числа толкователей-«сподвижников» ничего кроме того, что добавили к «толкованию» устные передачи (среди них — устные передачи, которые скрыли иудеи или другие) и привели их в рассказах (о пророках) и в сведениях, относящихся к природе, как то: начало небес, творение суши, морей, Ирам Шаддада, ошибки пророков, искажение Писания и другие вещи этого рода. Нечто из этого уже имелось в предании со слов «сподвижников», относящемся к «толкованию» и исследованию.

Затем, после Пророка — да благословит его Аллах и да приветствует! — во время халифов возникла необходимость распространения схоластического (ал-калами) ис­следования при смешении мусульман с различными группами из религиозных общин завоеванных мусульманами стран, с учеными разных религий (ал-адйан) и толков (ал-мазахиб). (Это) — с одной стороны.

Перевод философии греков на арабский язык в правление Омейядов в конце пер­вого века ал-хиджры, затем — в эпоху Аббасидов и распространение рационалисти­чески-философского исследования среди исследователей из числа мусульман, с дру­гой стороны. (Это) — во-вторых.

Появление суфизма (ат-тасаввуф) в сочетании с распространением философского исследования и склонность людей к достижению религиозных знаний путем стара­ния и духовного упражнения без буквального и умозрительного исследования, — в-третьих.

Толпы людей, а это «сторонники предания» (ахл ал-хадис), продолжали придер­живаться чистого богослужения посредством внешних сторон религии с их мораль­ными аспектами, исследуя только выражение. (Это) — в-четвертых.

Исследователи «толкования» разошлись по своим путям после того, как разветв­ление по школам (ал-мазахиб) сделало среди них то, что сделало, и среди них не осталось соединяющего личное мнение (ар-ра'й) и (умозрительное) рассуждение (ан-назар), кроме выражения «Нет никакого божества, кроме Аллаха, и Мухаммад — посланник Аллаха» — да благословит его Аллах и да приветствует! И они разошлись во мнениях относительно смысла божественных имен, атрибутов и деяний, небес и того, что в них, земли и того, что на ней, божественного приговора (ал-када'), пред­определения (ал-кадар), принуждения (ал-джабр), уполномочия (ат-тафвид), воз­награждения и наказания, в отношении смерти, промежутка времени между смертью и воскресением (ал-барзах), воскресения (ал-ба'с), рая и ада. Словом, в отношении всего того, чего касаются, хотя бы частично, религиозные истины и знания. Они раз­делились и в отношении пути (шарик) исследования смыслов «знамений», и каждый заботится о содержательной части (матн) того, что он взял от (данного) учения (ал-мазхаб) и метода (ат-тарика).

Что касается «передатчиков предания» (мухаддисун), то они ограничились «толко­ванием» посредством устной передачи со слов (благочестивых) предков (ас-салаф) из числа «сподвижников» (ас-сахаба) и «последователей» (ат-таби'ун). Они отпра­вились (в странствие) и поспешили туда, куда бы ни повело их предание (ал-ма'сур), и они колебались в отношении того, о чем ничего не передано (в предании) и смысл чего не стал очевидным, не нуждающимся в исследовании, следуя словам Всевышне­го: «Твердые в знании говорят: "Мы уверовали в него; все — от нашего Господа"...» (Коран 3:5/7). И в этом они ошиблись, ибо Аллах Всеславный в своем Писании не объявил ложным довод разума. И как уразуметь это — ведь его доказательная сила утверждается именно посредством него (Писания)! Он не поместил доказательную силу в высказывания «сподвижников» и «последователей» и в их рассуждения сооб­разно с их чрезмерным расхождением, Он не призывал к софистике путем допущения несоответствий друг другу и противоречий в высказываниях, Он призывал толь­ко к размышлению о его «знамениях». Посредством него (Писания) Он устранил ка­кое бы то ни было расхождение, которое видится в них, Он сделал его «верным руко­водством, светом и разъяснением для всякой вещи». И что значит свет, освещаю­щийся светом другого?! И что за верное руководство, ведомое верным руководством, помимо него?! И каким образом обнаруживается то, что это (Писание)— разъясне­ние всякой вещи посредством вещи иной, нежели оно само?!

Что касается богословов-схоластов (мутакаллимун), то их доктринальные мнения призвали их сообразно с их расхождением следовать в «толковании» тому, что соот­ветствует их учениям (мазахиб), путем принятия того, что соответствует, и (иноска­зательного) толкования (ат-та'вил) того, что не соответствует, — сообразно с тем, что допускает мнение (этой) школы (ал-мазхаб).

Выбор собственных учений и избрание особых путей и взглядов, хотя и было обусловлено расхождением научных взглядов или чем-то другим, как то: традиции (ат-такалид), племенное пристрастие, — здесь не место заниматься этим, однако этот путь (ат-тарик) исследования лучше называть «упражнением» (по грамматике) (татбик), не «толкованием».

Различие между тем, что исследователь говорит о смысле одного из «знамений»: «Что говорит ал-Кур'ан?» или говорит: «С чем мы должны согласовать „знамение"?», в том, что первое высказывание обязывает при исследовании забыть всякое умозри­тельное обстоятельство и опираться на то, что не является умозрительным. Второе делает необходимым разработку теорий по (этой) проблеме, признания их и построе­ние исследования на них. Известно, что это направление исследования в спекуля­тивном богословии (ал-калам) по своему существу не является исследованием его (Писания) смысла.

Что касается философов, то с ними случилось то, что случилось с богословами-схоластами из числа экзегетов, — они оказались в пропасти «упражнений» (по грам­матике) (ат-татбик) и (иносказательного) толкования «знамений», противоречащих своим очевидным смыслом (захир) постулатам в философских науках в самом общем значении — я имею в виду математические науки, естественные науки, теологические науки, практическую мудрость (ал-хикма), в особенности перипатетиков. И они (ино­сказательно) толковали «знамения», касающиеся истин метафизики, «знамения» при­роды, возникновения небес и земли, «знамения» промежутка времени между смертью и воскресением мертвых (ал-барзах), «знамения» будущей жизни (ал-ма'ад) до того, что принялись (иносказательно) толковать «знамения», которые не подходят разрабо­танным гипотезам и принципам, которые мы находим в естественной науке, — система универсальных и частичных сфер, организация элементов, астрономических и эле­ментарных законов (ал-ахкам) и прочее, хотя они ясно указали на то, что эти рассуж­дения, основанные на разработанных принципах, бездоказательны и неубедительны.

Что касается суфиев (ал-мутасаввифа), то из-за своего занятия странствием по со­кровенному миру природы и вниманию к важности психологических «знамений», исключая внешний мир и его охватывающие горизонты «знамения», они ограничи­лись в своем исследовании (иносказательным) толкованием (ат-тав'ил) и оставили Божественное Откровение (ат-танзил). Это вызвало необходимость отважиться людям на (иносказательное) толкование, выдумывание стихотворных счетов и пользова­ние всякой вещью как доказательством любой (другой) вещи, так что дело дошло до толкования (тафсир) «знамений» посредством буквенного счета и отнесения изрече­ний к Писаниям, ясным доказательствам, «светлым» и «темным» буквам и прочее.

Ясно, что ал-Кур'ан не ниспослан как верное руководство специально для суфиев (ал-мутасаввиф), что обращающиеся с ним не суть обладатели науки о числах (ма­тематики), о (числовых) соответствиях и буквах и что познание его не построено на основе буквенного счета (числового значения букв), который разработали астрологи после перевода (названий) Плеяд с греческого и других (языков) на арабский.

Да, имеются устные передачи со слов Пророка — да благословит его Аллах и да приветствует! — и имамов семьи Дома (ахл ал-байт) — мир им! — подобно их вы­сказыванию, что у ал-Кур'ана есть «поверхность» (захр) и «внутренность» (батн), а у его «внутренности» есть (своя) «внутренность» вплоть до семи или до семидесяти «внутренностей».

Однако они — мир им! — принимали во внимание «поверхность» так же, как при­нимали во внимание «внутренность», и заботились о деле Божественного Откровения (ат-танзил) так же, как заботились о деле (иносказательного) толкования (ат-та'вил). В начале суры «Семейство 'Имрана» мы разъясним — если будет угодно Аллаху! — что ат-та'вил, под которым имеется в виду искомый смысл, который не соответствует внешней стороне божественного Слова (ал-калам), относится к лекси­ке, впервые созданной на языке мусульман после сошествия ал-Кур'ана и распро­странения ислама, хотя то, что ал-Кур'ан подразумевает под выражением ат-та'вил, в отношении того, о чем имеются «знамения», не подобно по смыслу и понятию.

В те времена уже возник новый метод (маслак) в толковании (ат-тафсир), а именно: люди (каум) из числа принявших ислам вслед за своим углублением в по­строенные на ощущении и опыте естественные науки и в то, что подобно им, и в об­щественные (науки), построенные на опыте статистики, склонились прежде к учению (мазхаб) сенсуалистов (ал-хиссийун) из числа европейских философов или к учению о происхождении труда — нет ценности в познании посредством органов чувств, кроме упорядочения труда в соответствии с ними в той мере, которую определяет жизненная потребность в силу принуждения (ал-джабр).

Они говорили, что относящиеся к вере знания не могут противоречить пути (ат-тарик), который признают истинным (религиозные) науки (ал-'улум), а именно: нет подлинности в бытии, кроме как у материи (ал-мадда) и ее познаваемых чувством свойств. То, о бытии чего сообщала религия, из того, внешнюю сторону (захир) чего (религиозные) науки признают ложным, как то: престол, седалище, скрижаль, трост­никовое перо (ал-калам), — должно толковаться иносказательно.

То, о бытии чего она сообщает, из того, во что поэтому не вмешиваются (религи­озные) науки, подобно истинам будущей жизни (ал-ма'ад), — должно направляться материальными законами.

То, на что опирается законодательство (ат-ташри'), — Откровение (ал-вахй), гос­подство, шайтан, пророчество, посланничество, имамат и прочее — это исключи­тельно духовные вещи. Дух есть материальность и (некий) вид материальных свойств, законодательство же есть особый общественный уровень умственного развития, который основывает свои законы на благочестивых размышлениях с целью создания благочестивого общества.

Они говорили, что устные передачи из-за наличия в них смешанного не пригодны для опоры на них, кроме того, что соответствует Писанию. Что же касается Писания, то нельзя при его толковании основываться на предшествующих взглядах и учениях (ал-мазахиб), построенных на заключениях путем разума, который религиозная наука (ал-'илм) признала тщетным на основании ощущения и опыта. Напротив, необходимо быть самостоятельным в том, что дает ал-Кур'ан в отношении толкования (ат-тафсир), исключая то, что разъяснила религиозная наука.

Такова совокупность того, что они привели или что вызывает необходимость приве­денного ими относительно следования путем ощущения и опыта, и это подгоняло их на этот путь толкования (ат-тафсир). Здесь мы не говорим об их научных и философских принципах, которые они взяли за основы и на которых построили то, что построили.

Речь исключительно о том, что то, что они привели о методах предшественников из числа толкователей (ал-муфассирун), что это — «упражнение» (татбик), а не тол­кование — само ведет к их методу в толковании, хотя они ясно заявили, что истин­ное толкование есть такое, когда ал-Кур'ан толкуется посредством ал-Кур'ана.

Если они не приписывали ничего ал-Кур'ану при постижении смыслов его «зна­мений», то почему они принимают научные рассуждения как постулат, который нельзя нарушать? Они не исправили то, что испортили предшественники.

При размышлении обо всех этих переданных методах (масалик) в толковании, ты найдешь, что все они имеют нечто общее в ущербности — и как плоха ущербность! Это — возложение того, что извлекли научные или философские исследования из­вне, на значения «знамений», и благодаря этому «толкование» подменилось «упраж­нением» (в грамматике) и благодаря этому «упражнение» было названо «толковани­ем». Благодаря этому прямые значения слов в ал-Кур'ане стали метафорами, а откро­вение множества «знамений» — (иносказательными) толкованиями (та'вилат).

Из этого следует, как мы указали в начале речи, что ал-Кур'ан, который сам изве­щает о том, что он — «верное руководство для обоих миров, ясный свет и разъясне­ние для всякой вещи», является «ведомым верным путем» к нему другим, освещаю­щимся другим и «ясным» посредством другого. И что это за другое?! Каково его по­ложение?! Посредством чего он «ведется верным путем» к нему?! И что это за «при­бежище» и «приют», если разошлись в отношении него?! И ведь действительно уже разошлись, и усилилось разногласие.

Как бы то ни было, но это расхождение не было порождено расхождением взгля­дов относительно понимания (понимания отдельного выражения или предложения согласно языку и арабскому обычаю) (божественных) изречений или «знамений». Ибо это— ясная арабская речь, в понимании которой не колеблется ни араб, ни кто-либо другой из тех, кто знает язык и стили арабской речи.

Нет среди «знамений» ал-Кур'ана (а это несколько тысяч «знамений») ни одного «знамения», обладающего запутанностью и неясностью в его понимании, так чтобы смутился разум в понимании его смысла. Как?! Ведь это— самая ясная речь, и одним из условий красноречия является свобода от запутанности и неясности, так что счи­танные «знамения» из числа «неясных» (муташабих) «знамений» ал-Кур'ана, подоб­но «отмененным знамениям» и другим, совершенно ясны в отношении понятия. «Неясность» касается именно подразумеваемого под ними, а это — внешнее (захир).

Расхождение, всякое расхождение — именно в доказательстве, к которому при­меняются буквальные понятия — отдельные из них и сложные, и в воображаемом и представляющемся истинным значении.

Объяснение этого. Привычка и обычай, как сказано, делают обязательным для нас, что в наши умы при слушании слов раньше приходят их материальные значения или то, что зависит от материи, ибо материя это — то, в чем вращаются наши тела и на­ши силы, зависящие от нее, пока мы пребываем в мирской жизни. И когда мы слы­шим слова «(вечная) жизнь», «знание», «способность», «слух», «зрение», «речь», «волеизъявление», «довольство», «гнев», «сотворение», «повеление», то в наши умы раньше приходят от них материальные бытия их понятий.

Так, когда мы слышим слова «небо» (небеса), «земля», «скрижаль», «тростниковое перо», «престол», «(седалище) трон», «ангел и его крылья», «шайтан и его род, его всадники и его пешие» и прочее, то в наши умы прежде всего приходят их естествен­ные доказательства.

Когда мы слышим: подлинно, Аллах сотворил мир, Он сделал так, Он узнал так, Он пожелал или желает или Он захотел или хочет так, то мы ограничиваем действие временем, согласуя с известным у нас.

Когда мы слышим подобное Его словам: «...а у Нас — добавка» (Коран 50:34/35), «[Если бы мы хотели найти утеху], то взяли бы ее у Себя...» (Коран 21:17), «...то, что у Аллаха — наилучшее [для праведных]» (Коран 3:197/198), «...к Нему вы будете возвращены» (Коран 2:26/28), то мы ограничиваем понятие «нахождение» местом.

Когда мы слышим подобное Его словам: «А когда Мы желали погубить (какой-либо) город, Мы повелевали наслаждавшимся благами в нем...» (Коран 17:17/16), «Мы желаем оказать милость...» (Коран 28:4/5), «Аллах желает вам облегчения...» (Коран 2:181/185), мы понимаем, что все — один корень (божественного) волеизъ­явления, потому что (божественное) повеление сообразуется с этим в том, что у нас, и с этим сравнением.

Это — наша позиция в отношении всех употребляемых слов, и мы имеем право на это, ибо то, что обязало нас сочинять слова, это именно общественная потребность в разъяснении и в понимании. Человек связан с обществом именно для того, чтобы посредством его выполнять действия, связанные с материей и ее побочными обстоя­тельствами. И мы сочинили слова как метки для их названий, под которыми мы под­разумеваем цели и стремления, возвращающиеся к нам.

Нам следовало обратить внимание на то, что материальные названия приговорены к изменению и смене сообразно со сменой потребностей на пути перемены и совер­шенства. Подобно тому, как светильник — первое из того, что сделал человек, — был сосудом, в котором — фитиль и что-нибудь из масла, посредством которого заго­рается фитиль для освещения им в темноте. Затем он не переставал совершенство­ваться, пока не достиг сегодня электрического светильника, и не сохранилось от час­тей светильника, сделанного первым, придуманного по отношению к нему слова «светильник» ничего и никого.

Подобно этому — весы, сделанные первыми, и весы, сделанные сегодня, для взве­шивания, например, веса тепла (температуры). Оружие, изготовленное оружием пер­вого дня, и оружие, сделанное сегодня, и прочее.

В ходе изменения названия достигли того, что утратили все свои прежние части как сущность и атрибут, имя же при этом сохраняется. Не иначе как потому, что под­разумеваемое в названии по отношению к вещи является именно ее целью (ал-гайа), не ее формой и не ее образом. И пока сохраняется стремление (ал-гарад) взвешива­ния, или освещения, или защиты, название «весы», «светильник», «оружие» и прочее сохраняется в своем состоянии. Нам следовало обратить внимание на то, что стержень правдивости имени — охват доказательством цели и стремления (ал-гарад), не «застывание» слова в одном виде. Это относится к тому, в чем совершенно нет предмета желания. Однако обычай и при­вычка препятствовали нам в этом, и это именно то, что призывало «подражателей» (ал-мукаллида) «традиционалистов» (асхаб ал-хадис) из числа хашвитов и муджассимитов («отелесителей») «застыть» в толковании на внешних сторонах (завахир) «зна­мений». В действительности же это «застывание» было не на «внешних сторонах», нет, это — «застывание» на обычае и привычке в выявлении доказательств.

Однако среди самих этих «внешних сторон» выявились вещи (умур), которые разъясняют, что опора и полагание на привычку и обычай в понимании смыслов «зна­мений» искажают их конечные цели (макасид), и этим портится дело понимания, как сказал Всевышний: «...нет ничего, подобного Ему» (Коран 42:9/11), «...Его не пости­гают взоры, Он же постигает взоры, ведь Он — Благой, Сведущий» (Коран 6:103)), «Хвала Аллаху, далек Он от того, что они приписывают Ему» (Коран 23:93/91).

Это — то, что призывало людей не ограничиваться обычным пониманием и при­вычным для ума доказательством в понимании смыслов «знамений», подобно тому как стремление избегать ошибки и получать неведомые выводы это — то, что призы­вало людей к тому, чтобы они держались за полу научного исследования. Это позво­ляло исследованию вмешиваться в понимание истин ал-Кур'ана и в выявление его возвышенных конечных целей (макасид). И это (возможно) одним из двух способов. Один из них. Мы исследуем научно-религиозным, или философским, или иным ис­следованием одну из проблем, которой касается «знамение», так что мы узнаем ис­тину в отношении этой проблемы. Затем мы приводим «знамение» и согласуем его с ней (истиной). Это — метод (тарика), которым довольствуется умозрительное ис­следование. Однако ал-Кур'ан, как ты познал, не довольствуется им. Второй из них. Мы толкуем ал-Кур'ан посредством ал-Кур'ана и выясняем смысл «знамения» из его подобия посредством рекомендуемого в самом ал-Кур'ане размышления. Мы выяв­ляем доказательства и стараемся узнать их по особенностям, которые дают «знаме­ния». Как сказал Всевышний: «И ниспослали Мы тебе Писание как разъяснение для всякой вещи...» (Коран 16:91/89). И как далек ал-Кур'ан от того, чтобы быть разъяс­нением всякой вещи и не быть разъяснением (самого) себя! Всевышний сказал: «...как руководство для людей и ясные доказательства этого руководства и Боже­ственного закона... (ал-Фуркан)» (Коран 2:181/185), «...и ниспослали Мы вам ясный свет...» (Коран 4:174). И как ал-Кур'ан, будучи «руководством», «Божественным законом» и «ясным светом» для людей во всем, в чем они нуждаются, не быть доста­точным для них в их нужде в нем, а это — самая сильная нужда! Всевышний сказал: «А тех, которые усердствовали ради Нас, Мы верно поведем нашими дорогами» (Коран 29:69). А какое усердие больше, чем полная отдача усилий в понимании Его Писания! И какая дорога вернее ведет к Нему, чем ал-Кур'ан!

«Знамения» в этом смысле многочисленны. Мы приложим все усилия в отноше­нии их в исследовании «ясного» (ал-мухкам) и «неясного» (ал-муташибих) в начале суры «Семейство 'Имрана».

Далее, поистине, Пророк — да благословит его Аллах и да приветствует! — тот, кого Он научил ал-Кур'ану и кого сделал учителем своего Писания, как говорит Все­вышний: «Снизошел с ним дух верный на твое сердце...» (Коран 193-194), «И ни­спослали Мы тебе напоминание, чтобы ты разъяснил людям то, что им ниспосла­но...» (Коран 16:46/44), «...(чтобы) он читал им знамения Твои, научил их Писанию и мудрости и очистил их...» (Коран 2:123/129), и семью его, и людей его Дома, кото­рых Пророк — да благословит его Аллах и да приветствует! — определил на это по­ложение в хадисе, в отношении которого согласны обе партии: «Воистину, я остав­ляю вам две важные вещи, пока вы придерживаетесь их, вы не собьетесь с дороги после меня — Писание Аллаха и моя семья, люди моего дома. Они не разлучатся, по­ка не возразят мне водоемом» (ал-хауд). И Аллах Всевышний подтвердил его истин­ность относительно их знания ал-Кур'ана, сказав — велик говорящий! —: «Аллах желает именно удалить скверну от вас, семьи Дома, и очистить вас полностью» (Коран 33:33). Он сказал: «Воистину, к Всеблагому ал-Кур'ану в сокровенном писа­нии прикасаются только очищенные» (Коран 56:76/77-78/79). Их метод (тарикату-хум) в обучении и толковании был этим же самым методом, согласно тем их преда­ниям о толковании (ат-тафсир), которые дошли до нас. И мы приведем внутри ис­следований, (основанных) на устной передаче, в этой книге то, что возможно для нас из переданного со слов Пророка — да благословит его Аллах и да приветствует! — и имамов семьи его Дома. Внимательный исследователь не укажет в них ни на одно место, в котором для толкования «знамения» используется умозрительный, рациона­листический довод или научно-религиозная гипотеза.

Ведь Пророк — да благословит его Аллах и да приветствует! — сказал: «И если станут для вас темными, подобно темной части ночи, искушения, то держитесь ал-Кур'ана, ибо это — ходатайствующий посредник и удостоверяющий то, что дозволе­но. Кто поместил его перед собой, того он повел в рай, а кто поместил его позади себя, того он погнал в ад. Это — путеводитель, указывающий на лучшую дорогу, это — подробное, ясное и поучительное Писание, это — окончательное решение, не шутка. У него есть внешняя сторона („явное") и внутренняя сторона („сокровенное"). Его внешняя сторона — мудрость, его внутренняя сторона — (религиозное) знание, его внешняя сторона— восхитительна, его внутренняя сторона— глубока. У него есть звезды (?), сообразно его звездам — (другие) звезды. Неисчислимы его чуда и не устаревают его диковины. В нем — светильники верного пути (ал-худа) и маяки муд­рости, указание на одобряемое (дело) для тех, кто познал справедливость. Так пусть человек заботится о своем разумении и пусть его рассуждение постигнет (божест­венный) атрибут, спасаясь от погибели и освобождаясь от запутывания, ибо раз­мышление — жизнь сердца разумеющего (человека), подобно тому как просвещен­ный идет в темноте со светом, улучшая спасение и уменьшая ожидание». И Али — мир ему! — сказал, описывая ал-Кур'ан, — согласно тому что (содержится) в ан-Нахдже: «(Одна) часть его (ал-Кур'ана) разъясняет (другую) часть, (одна) часть его свидетельствует о (другой) части».

Вот это и есть «прямая дорога» (ат-тарш ал-мустаким), «правильный путь» рас­трат ас-сави), которым следовали учителя ал-Кур'ана и его предводительствую­щие — да благословит их Аллах!

Мы поместим то, что возможно для нас — при содействии Аллаха Всеславного — из (божественного) Слова, согласно этому методу в исследовании славных «знаме­ний», внутри «Разъяснений». В них мы избегали того, чтобы полагаться на умозри­тельно-философский довод, или на научно-религиозную гипотезу или на интуитив­ное (гностическое) открытие.

В них мы остерегались того, чтобы сочинять остроты как нравственную этику, в которой нуждается ум арабского стиля, или предисловие как очевидную истину или как действие, в отношении которого не расходятся умы.

Из этих «Разъяснений», составленных соответственно этому методу исследования, ты, вероятно, сделаешь исчерпывающий вывод о том, что мы упоминаем:

1) Знания, касающиеся имен Аллаха Всеславного и его атрибутов, как то: вечная жизнь, знание, могущество, слух, зрение, единство и прочее. Что же касается сущности (аз-зат), то ты увидишь, что ал-Кур'ан считает ее не нуждающейся в разъяснении.

2) Знания, касающиеся деяний Всевышнего, как то: творение, повеление, волеизъ­явление, желание, ведение верным путем, введение в заблуждение, приговор, пред­определение, принуждение, уполномочие, довольство, негодование и прочие различ­ные действия.

3) Знания, касающиеся посреднических средств (ал-васа'ит) между Ним и челове­ком, как то: завесы, (небесная) скрижаль, (тростниковое) перо, трон, седалище, Оби­таемый храм, небо, земля, ангелы, шайтаны, джинны и прочее.

4) Знания, касающиеся человека до земной жизни.

5) Знания, касающиеся человека во время земной жизни, как то: знание истории своего (человеческого) рода, знание своей души, знание основ своего общества (со­циума), знание пророчества, посланничества, (божественного) Откровения, (божест­венного) внушения, Писания, (мусульманской) религии (ад-дин), (божественного) закона (аш-шари'а). К этому же разделу относятся «положения» (макамат) проро­ков, почерпнутые из переданных о них рассказов.

6) Знания, касающиеся человека после земной жизни, а это — промежуток време­ни между смертью и воскресением (ал-барзах), и будущая жизнь (ал-ма'ад).

7) Знания, касающиеся человеческой морали, К этому же разделу относится то, что касается «положений» святых (ал-аулийа) на пути богослужения, как то: предание себя Аллаху (ал-ислам), вера (ал-иман), добродеяние (ал-ихсан), смирение, искреннее исповедание единобожия (ал-ихлас) и прочее.

Что касается «знамений», (определяющих) правовые нормы (ал-ахкам), то в отно­шении их мы уклонились от подробного разъяснения из-за отнесения этого к законо­ведению (ал-фикх).

Этот метод исследования уже показал возвышение (иносказательного) толкования (ат-та'вил) в смысле согласования со смыслом, противоречащим внешней стороне среди «знамений». Что же касается (иносказательного) толкования в том смысле, который утверждает ал-Кур'ан в некоторых местах «знамений», то ты увидишь, что это в некотором роде не является смыслами.

Далее мы непосредственно после «Разъяснений» поместили «разное» (мутафаррикат) из исследований, (основанных на) устной передаче, приведя в них то, что бы­ло возможно для нас привести путями суннитов (ал-'амма) и ши'итов (ал-хасса), из устных рассказов, переданных со слов Пророка— да благословит его Аллах и да приветствует! — и имамов семьи Дома— мир Аллаха над ними всеми! Что касается устных рассказов со слов толкователей «сподвижников» и «последователей», то из-за имеющихся в них неясности и противоречивости в них нет для мусульманина дока­зательства.

Исследователь, размышляющий об устных рассказах, переданных с их слов, — мир им! — узнает, что этот новый метод, на котором основаны «Разъяснения» этой кни­ги, — самый давний из передаваемых методов в толковании (ат-тафсир), которому следовали его учителя — мир Аллаха над ними!

Далее мы поместили разные исследования — философские, научно-религиозные, исторические, социальные, этические, сообразно с тем, как нам удалось исследовать, и в каждом исследовании мы предпочли краткую речь обосновывающим его преди­словиям, не преступая предел исследования.

Мы просим у Аллаха Всевышнего справедливости и правильного пути, ибо Он — лучший помощник и ведущий верным путем!

Нуждающийся в Аллахе — Мухаммад Хусайн ат-Табатаба'и.


(1) Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного!

(2) Хвала Аллаху — Господу миров

(3) Милостивому, Милосердному,

(4) Владыке Судного дня.

(5) Тебе мы поклоняемся и у Тебя просим помощи!

Разъяснение

Слова Всевышнего «Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного!»

Иногда люди, совершая (некое) дело или приступая к нему, связывают его с име­нем одного из своих славных или одного из своих великих (мужей), чтобы то их дело стало благодаря этому благословенным, удостоенным чести или чтобы оно стало на­поминанием им о нем. Подобное этому существует также в отношении наименова­ния: иногда они называют новорожденного человека или что-либо из того, что они смастерили или сделали, как то: жилище, которое они построили, учреждение, кото­рое они основали, именем того, кого они любят или кого почитают, чтобы (это) имя сохранялось благодаря существованию новонареченного, и первозванный существу­ет неким видом существования благодаря сохранению (этого) имени, подобно тому, кто называет своего дитя именем своего родителя, чтобы благодаря этому жила па­мять о нем, так что он не перестает существовать и не забывается.

И подобно этому действовало Слово Всевышнего. Оно началось с Его имени — да возвеличится имя Его! — чтобы заключающийся в нем смысл был отмечен Его име­нем, был связан с Ним и чтобы оно было наставлением, посредством которого Он наставляет людей в делах, поступках и словах. И они начинают с Его имени и дейст­вуют в соответствии с ним, так что то, что они делают, становится отмеченным Его именем, описанным Его, Всевышнего, описанием, желанным ради Него, Всеславного. И (это) дело не будет пропащим, тщетным, пресеченным, ибо оно — во имя Ал­лаха, к которому нет дороги для погибели и тщетности.

Дело в том, что Аллах Всеславный разъясняет в (ряде) мест своего (божественно­го) Слова: то, что не ради Него, Всеблагого, — пропащее, тщетное; Он обратится к каждому делу, которое они совершили, из того, что не ради Него, Всеблагого, и сделает его рассеянными пылинками, сделает бесполезным то, что они совершили, и сделает тщетным то, что они сделали; ничто не существует вечно, кроме того, что ради Него, Всеблагого, но то, что сделано ради Него и совершено во имя Него, толь­ко это сохраняется и не исчезает. Доля сохранности всякого из дел соразмерна имен­но тому, в чем доля Аллаха, и как раз об этом говорится (в предании), переданном обеими партиями со слов Пророка— да благословит его Аллах и да приветству­ет! — сказавшего: «Всякое серьезное дело, не начатое с „Во имя Аллаха", — куцее». «Куцее» (абтар) это — пресеченное, другое. Наиболее подходящее, что связанная 6а' в басмале поставлена в начале предложения в значении, которое мы упомяну­ли, — ведь с нее началось (божественное) Слово, так как оно — одно из деяний, и, несомненно, оно обладает единственностью. Единственность (божественного) Сло­ва — в единственности его значения и его смысла, и, несомненно, его смысл облада­ет единственностью, а это — искомый смысл, понимание которого — в произнесе­нии (божественного) Слова, и цель, постигаемая из него.

Ведь Аллах Всеславный назвал цель, постигаемую из Его (божественного) Слова, которое в совокупности есть ал-Кур'ан, поскольку Всевышний сказал: «Пришел к вам от Аллаха свет и ясное Писание, посредством которого Аллах ведет верным путем...» (Коран 5:18/15-16) и другие «знамения», в которых Он сообщил, что цель его Писания и Его Слова — ведение людей верным путем, а «ведение верным путем» в целом начинается со (слов) «Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного!». А это — Аллах, к которому возвращаются люди, Он— «Милостивый»— разъясняет Его ра­бам «дорогу» Его милости, общей для верующего и неверующего в отношении того, в чем их благо в их бытии и в их жизни, Он — «Милосердный» — разъясняет им «дорогу» Его милосердия исключительно к верующим, а это — блаженство их буду­щей жизни и встреча с Господом своим. Ведь Всевышний сказал: «...а милость Моя объемлет всякую вещь, и Я предпишу ее тем, которые богобоязненны...» (Коран 7:155/156). И это относится к ал-Кур'ану в целом.

Далее, Всеславный часто упоминает в своем Слове суру. Так, Всевышний сказал: «Приведите же суру, подобную Ему» (Коран 10:39/38), «Приведите же десять сур, подобных Ему, измышленных...» (Коран 11:16/13), «Когда была низведена сура» (Коран 9:87/86), «Сура— Мы низвели ее и предписали ее исполнение...» (Коран 24/1). Из этого нам стало ясно, что каждый из этих рядов Его (божественного) Слова, кото­рые Он подразделил на отрывки и назвал каждый отрывок сурой, имеет вид единст­венности составления и цельности, не существующий ни между частями суры, ни между одной сурой и другой. Отсюда мы узнаем, что цели и замыслы, постигаемые из сур, различны и что каждая из них в отдельности приведена для разъяснения осо­бого смысла и для постигаемой цели, только благодаря цельности которой становит­ся цельной сура. И в соответствии с этим басмала в начале каждой суры обращена к особой цели той суры.

Басмала в суре ал-Хамд («Хвала») обращена к цели (этой) суры и к постигаемому из нее смыслу. Цель же, на которую указывает передача (божественного) Слова в этой суре, — это хвала Аллаху путем выказывания поклонения Ему, Всеславному, ясным выражением почитания, обращением за помощью и просьбой «ведения вер­ным путем». И это (божественное) Слово, посредством которого Аллах Всеславный говорит, есть замена рабу божьему, чтобы при выказывании поклонения он следовал тому, чему наставил его Аллах.

Выказывание поклонения со стороны раба божьего это — деяние, в которое одева­ется раб божий, и серьезное дело, на которое он отваживается, стало быть, начало «Во имя Аллаха Всеславного, Милостивого, Милосердного» обращено к Нему, а «во имя Тебя» означает «я выказываю поклонение Тебе».

Связанная ба' в басмале (суры) ал-Хамд («Хвала») есть начало, и под этим имеется в виду довершение беседой искреннего исповедания единобожия (ал-ихлас) при по­клонении. Иногда говорят, что это — просьба о помощи, и в этом нет вреда, однако «начало» — более подходящее, потому что явная просьба о помощи содержится в суре в словах Всевышнего: «...и у Тебя просим помощи» (Коран 1:5).

Что касается «имени» (ал-исм), то это слово, указывающее на определяемое (ал-мусамма), производно от (слова) сима в значении 'алама («знак») или от сумувв («вы­сота», «величие») в значении риф'а («величие»). Как бы то ни было, но то, что изве­стно о нем с точки зрения лексикологии и общепризнанного, это — указывающее сло­во, из чего с необходимостью вытекает, что оно является неопределяемым. Что касает­ся «имени» (ал-исм) в значении «сущность» (аз-зат), полученного по одному из ее свойств, то оно относится к сущностям (а'йан), не к формам (алфаз), и это — опре­деляемое «имени» в первом значении, подобно тому как слово «Знающий» (одно из имен Аллаха Всевышнего) есть имя, указывающее на его определяемое (мусаммаху), а это — сущность (аз-зат), полученная по свойству «знания», но само оно — имя по отношению к сущности, о которой известно только по одному из ее свойств и одному из ее описаний. Причина в том, что они нашли слово «имя» (ал-исм) употребляемым для (слова), указывающего на определяемое из слов. Затем они нашли, что полученные свойства каким-то образом сообщают о сущности и указывают на нее; их состояние есть состояние слова, определяемого «именем» в том, что они указывают на внешние сущности. И они назвали эти свойства, указывающие на сущности, также «именами». В результате этого «имя», подобно тому как оно является формальной вещью, оно является также сущностной вещью. Далее они нашли, что (слово), указывающее на сущность, близкую к нему, это — «имя» во втором значении, полученном путем ана­лиза, хотя именно «имя» в первом значении указывает на сущность посредством не­го. И поэтому они назвали то, что во втором значении, «именем», а то, что в первом значении, — «именем имени» (исм ал-исм). Еще надо добавить: однако все это — положение, к которому привел умозрительный анализ, и не следует приписывать его лексикологии — ведь согласно лексикологии, «имя» есть то, что мы рассказали.

Уже в начальный период ислама стал известным спор среди богословов-схоластов (мутакаллимун) о том, является ли «имя» тем же самым определяемым или чем-то другим. Препирательства в отношении этого продолжались долго, однако сегодня этот вид вопросов уже выяснен с предельной необходимостью, и нельзя заниматься ими, пересказывая то, что говорили, и то, что говорят о них, стараясь объявить лож­ным то, что ложно, и признавая верным то, что верно в них. Прощение этого — са­мое достойное.

Что касается слова «величие» (ал-джалала), то корень (слова) «Аллах» — ал-илах (хамза выпала из-за частого употребления), а шах (происходит) от (глагола) алиха: «мужчина служил» в значении «он поклонялся», или от алаха: «мужчина потерял рассудок», или от валаха: «мужчина обезумел», т.е. «растерялся». Это — отглаголь­ные формы (фи'ал) с гласной «и» в начальной букве (фа') в значении страдательного залога, подобно китаб («писание») в значении мактуб («написанное»). Он назван «божеством» (илах), потому что он — предмет поклонения или потому, что он отно­сится к тому, в отношении сущности чего теряется рассудок. Очевидно, что это, по всей вероятности имя собственное ('алам). Оно было в ходу на устах до ниспо­слания ал-Кур'ана, его знали арабы-язычники, как сообщают это слова Всевышнего: «А если ты их спросишь, кто создал их, они, конечно, скажут: ,,Аллах!"» (Ко­ран 43:87), «....и они говорят: „Это — Аллаху!" — по их представлению, — „А это — нашим сотоварищам"» (Коран 6:137/136).

На Его существование как имени собственного ('алам) указывает и то, что Он описывается всеми прекраснейшими именами и всеми Его деяниями, полученными из тех имен, не наоборот, так что говорят «Аллах Милостивый, Милосердный» и го­ворят «Аллах смилостивился», «Аллах знал», «Аллах даровал». Слово же ал-джалала («величие») не употребляется в качестве атрибута применительно к чему-либо из них, и из него не получается то, чем описывается что-либо из них.

И вследствие того, что бытие Всеславного - а оно охватывает (алих) всякую вещь — привело к отличению Его всеми совершенными атрибутами, все они благо­даря этому стали доказанными по необходимости. Верно, сказано, что слово «вели­чие» (ал-джалала) — «имя» для сущности (аз-зат), необходимой бытием, объеди­няющей все атрибуты совершенства. В противном случае это, по всей вероятности, имя собственное ('алам), которым не управляет значение ('инайа), кроме того, на что указывает материя (мадда) «божество» (илах).

Что касается двух описаний — «Милостивый, Милосердный», — то оба они от (слова) ар-рахма («божественная милость»), а это — возбудительное описание и осо­бое переживание, которое поражает сердце при виде того, кто лишается или нужда­ется в том, благодаря чему исполняется его дело, и это побуждает человека к воспол­нению его нехватки и устранению своей нужды. Однако этот смысл, согласно анали­зу, сводится к предоставлению (ал-и'та') и изливанию (ал-ифада) (милости) для уст­ранения нужды, и в этом смысле Всеславный отличается «милостью» (ар-рахма).

Ар-Рахман («Милостивый») — усилительная производная форма (по типу) фа'лан, указывающая на множественность, ар-Рахим («Милосердный») — отглагольное при­лагательное (по типу) фа'ил, указывающее на постоянство и вечность, и поэтому ар-Рахман («Милостивый»), соответственно, указывает на обильную божественную милость, изливаемую на верующего и неверующего, это — всеобъемлющая милость, и в этом смысле ар-Рахман («Милостивый») часто употребляется в ал-Кур'ане. Всевышний сказал: «Милостивый утвердился на троне» (Коран 20:4/5), «Скажи: „Кто находится в заблуждении, пусть Милостивый продлит ему предел"» (Ко­ран 19:76/75) и другие («знамения»). И поэтому «Милосердный» (ар-Рахим) также соответственно указывает на постоянное благодеяние (ан-ни'ма) и непрекращаю­щуюся, вечную милость (ар-рахма), которая изливается на верующего, как сказал Всевышний: «Он милосердный к верующим» (Коран 33:42/43), «...ведь Он к ним со­страдающий, милосердный!» (Коран 9:118/117) и другие («знамения»). И поэтому говорилось, что «Милостивый» — общее для верующего и неверующего, а «Мило­сердный» относится исключительно к верующему.

Слова Всевышнего «Хвала Аллаху» — хвала за то, что было сказано, это славосло­вие за добровольное благодеяние (ал-джамил) и восхваление — более общее, чем это (славословие). Говорят: «я похвалил такого-то» или «я восхвалил его за его щед­рость», но не говорят: «я восхвалил жемчуг за его свойства» и не говорят: «я похва­лил его за его свойства». Лам (предлог ли) в нем (в слове ли-Ллахи) — для (выраже­ния) рода или для полного охвата всего значения, результат же здесь — один.

Дело в том, что Аллах Всеславный, говоря: «Это вам Аллах — ваш Господь, тво­рец всякой вещи...» (Коран 40:64/62), разъяснил, что все, что есть вещь, сотворено Аллахом Всеславным, и сказал: «...который прекрасно сделал всякую вещь, которую сотворил...» (Коран 32:6/7). Он установил красоту для всякой сотворенной вещи в отношении того, что она сотворена Им, связана с Ним происхождением. Красота вращается на оси творения, и наоборот, нет творения, иначе как красивого, совер­шенного благодаря Его благодеянию (ихсанихи), и нет красоты, иначе как сотворен­ной Им, связанной с Ним происхождением. Ведь Всевышний сказал: «Он — Аллах, единственный, всемогущий!» (Коран 39:6/4), «И покорились лица живому, сущему...» (Коран 20:110/111). Он возвестил, что не сотворил того, что сотворено насилием вла­ствующего, и не делал того, что сделано принуждением со стороны принуждающего, нет, Он сотворил это вследствие знания и доброй воли. И нет ничего, помимо того, что является Его совершенным, добровольным деянием. Это— относительно Его деяния. Что же касается «имени» (ал-исм), то ведь Всевышний сказал: «Аллах! — нет божества, кроме Него, у него — прекраснейшие имена» (Коран 20:7/8), «У Аллаха - прекраснейшие имена; зовите Его по ним и оставьте тех, которые уклоняются (от истины) в отношении Его имен» (Коран 7:179/180). Всевышний — совершенен в своих именах и совершенен в своих деяниях, и все совершенное — от Него.

Уже стало ясно, что Всевышний — достойный хвалы за Его совершенные имена и достойный хвалы за Его совершенные деяния и что нет хвалы, которую произнес бы хвалящий дело, достойное хвалы, иначе как принадлежащей в действительности Аллаху Всеславному, потому что совершенное, с которым связана хвала, — от Него, Всеславного. Аллаху Всеславному принадлежит род хвалы и Ему же, Всеславному, принадлежит каждая хвала.

Далее, из хода (изложения) и по обстоятельству обращения, которое в Его словах «Тебе мы поклоняемся», очевидно, что (эта) сура относится к словам раба божьего и что в этой суре Всеславный наставляет Своего раба хвалить Себя, не следует рабу божьему поступать согласно этому при помещении себя в положение поклонения (ал-'убудийа). А это — то, что подтверждают Его слова: «Хвала Аллаху».

Дело в том, что «хвала» — обстоятельное описание: ведь Всеславный освободил се­бя от описания описывающими из числа Его рабов, сказав: «Как далек Аллах от того, как описывают Его они, — кроме рабов Его искренне преданных)!» (Коран 37:159-160). Божественное Слово — абсолютно, безгранично, в Слове Всевышнего не приведено то, что извещено о передаче «хвалы» со слов другого, кроме того, что передано со слов нескольких из числа Его «искренне преданных» пророков. В своем обращении к Нуху / Ною — мир ему! — Всевышний сказал: «Скажи: „Хвала Аллаху, который спас нас от людей несправедливых!"» (Коран 23:29/28). Слова Ибрахима / Авраама — мир ему! — Всевышний передал: «Хвала Аллаху, который даровал мне на старости Исма'ила и Исхака!» (Коран 14:41/39). И Своему пророку Мухаммаду— да благословит его и да приветствует! — в нескольких местах своего божественного Слова говорил: «И скажи: „Хвала Аллаху...» (Коран 27:95/93). Слова Да'уда/ Давида и Сулаймана/ Соломона— мир им обоим!— Всевышний передал: «И сказали оба: „Хвала Алла­ху..."» (Коран 27:15). А иначе — то, что Он передал об обитателях рая, а они очище­ны от злобы сердец, пустословия и обвинения в грехе, подобно Его словам: «...а ко­нец их зова: Хвала Аллаху, Господу миров» (Коран 10:11/10).

Что касается иных, чем эти источники, то это — Всевышний, ибо «хвала» пере­дана со слов многих из Его созданий, нет, со слов всех их, как сказал Всевышний: «...а ангелы прославляют хвалу своему Господу...» (Коран 42:3/5); «И гром прослав­ляет хвалу Ему...» (Коран 13:14/13); «Нет ничего, что не прославляло бы хвалу Ему...» (Коран 17:46/44). Однако Он, Всеславный, сопроводил «хвалу» во всех («знамениях») прославлением, более того, Он сделал прославление, а вместе с ним и «хвалу» — основой (ал-асл) в передаче. Дело в том, что кроме Него, Всевышнего, (никто) не объемлет красоту и совершенство Его деяний, как не объемлют они (люди) красо­ту Его атрибутов и имен, от которых — красота Его деяний. Всевышний сказал: «...а они не объемлют этого знанием» (Коран 20:109/110). Но то, чем они описали Его, этим они уже объяли Его, Он стал ограниченным их определениями, определен­ным мерой их постижения Его. То восхваление, которым они восхвалили Его, станет правильным только после того, как они очистят Его и прославят Его, отвергнув то, что они ограничили и определили в меру своего разумения. Всевышний сказал: «[Не приводите же Аллаху притч]. Поистине, Аллах знает, а вы не знаете» (Коран 16:76/74). Что же касается «искренне преданных» из числа рабов Всевышнего, то ведь Он сде­лал их «хвалу» Своей «хвалой», их описание — Своим описанием, поскольку сделал их «искренне преданными» Ему. Стало ясно: то, что требует этика богослужения, это чтобы раб божий хвалил Господа своего тем, чем Он хвалил себя сам, и не пересту­пал границу этого, как (сказано) в хадисе, который передали со слов Пророка — да благословит его Аллах и да приветствует! — обе партии: «Несметно восхваление Тебя, подобно тому как восхвалил Ты себя сам!». И Его слова в начале этой суры «Хвала Аллаху» есть наставление посредством богослужебной этики тому, что (слу­жило бы) рабу божьему (основанием) сказать: «Если бы Аллах Всевышний не сказал этого в качестве замещения и обучения, то не следовало бы восхвалять Его».


Большинство читало «Властителю (малик с кратким „а") Судного дня», но Господь — это «Владыка» (малик с долгим «а»), который управляет делом своего раба, и в этом — смысл «владения» (ал-милк). Ал-Милк, которое, по нашему мнению, (находится) в обстоятельстве совместности и одновременности дей­ствия, означает особый вид принадлежности, а это — вид существования одной вещи посредством другой, делающее обязательным подлинное распоряжение ею по своему усмотрению. И наши слова «такой-то предмет есть наша собственность (милкуна)» означают, что он обладает (неким) видом существования посредством нас и принад­лежности нам, вместе с которым становится подлинным наше распоряжение ею по своему усмотрению. И если бы не это, не было бы подлинным такое распоряжение по своему усмотрению. Это в обстоятельстве совместности и одновременности дейст­вия — условное, умозрительное, не истинное значение, оно взято от другого, истин­ного значения, которое мы также называем «владением» (милк). Это подобно суще­ствованию частей нашего бытия и наших сил посредством нас, ибо у нас есть зрение, слух, рука, нога, но это «владение» (ал-мулк) означает, что они в своем бытии суще­ствуют посредством нашего бытия, не самостоятельными, без нас, а напротив — са­мостоятельными посредством нашей самостоятельности, и нам принадлежит (право) полновластно распоряжаться ими по своему усмотрению, как пожелаем. И это — истинное владение (ал-мулк ал-хакики).

То, что может быть отнесено к Нему, Всевышнему, в прямом смысле, это— ис­тинный смысл «владения» (ал-милк), а не умозрительное «владение», которое являет­ся ложным в силу ложности соображения и установки. Известно, что истинное «вла­дение» неотделимо от управления (ат-тадбир), ибо если (некая) вещь в своем бытии нуждалась в (другой) вещи и в своем бытии не была независимой от нее, то она не была независимой от нее и в деяниях своего бытия. Это Всевышний — Господь того, что помимо Него, потому что Господь это — «Владыка» (ал-малик), Управитель (ал-мудаббир), и Он еще — Всевышний.

Что касается ал-'аламин («миров»), то это мн.ч. от ал-'йлам («мир») с (гласной) «а» после (буквы) лам в значении «то, посредством чего сообщают», подобно ал-калаб («форма»), ал-хатам («перстень-печать»), ат-таба' («печать», «клеймо») в зна­чении «то, чем формируют», «то, чем запечатывают», «то, чем печатают», «клеймят». («Мир») применяется к совокупности существующих (вещей) и к каждому виду, со­ставляющему (отдельные) единицы и части из них, как то: мир неорганических ве­ществ, мир растений, мир животных, мир людей, и к каждой категории, также объединяющей отдельные особи, как то: мир арабов, мир неарабов. Это значение — наиболее подходящее для того, к чему приводит перечень этих «прекраснейших имен», так что доходит до Его слов «Владыка (малик) Судного дня», с условием, что «воздаяние» (ад-дин), а это — вознаграждение в День воскресения, относится исклю­чительно к человеку или — к людям и джиннш. Стало быть, под «мирами» имеются в виду миры людей, джиннов и их сообщества. И это подтверждает наличие этого слова в этом значении в ал-Кур'ане, подобно словам Всевышнего: «...и избрал тебя пред женщинами миров» (Коран 3:37/42); «...чтобы он стал для миров увещевате­лем...» (Коран 25:1); «...„Неужели вы будете творить мерзость, в которой никто из миров вас не опередил? "...» (Коран 7:78/80).

Что касается «Владыки (ал-малик) Судного дня», то ты уже знаешь значение (сло­ва) ал-малик — оно взято от (слова) ал-милк с (гласной) «и» после (буквы) мим. Что же касается ал-малик («Властитель»), то оно взято от (слова) ал-мулк с (гласной) «у» после мима, и это — тот, кто держит в своей власти народный порядок и управление людьми незримо (дуна ал-'айн), другими словами, повелевает и властвует среди них.

Для каждого из двух чтений — малик («Властитель») и малик («Владыка») — уже перечислены способы подтверждения, однако оба значения «господства» (ас-султа) верны в отношении Всевышнего, а то, что ты знаешь с точки зрения лексикологии и общеизвестного, — ал-мулк («власть») с (гласной) «у» после мима относится ко вре­мени, говорят: «Властитель (малик) такой-то эпохи», но не говорят: «Владыка (малик) такой-то эпохи», разве что в отдаленном значении. Ведь Всевышний сказал: «Властитель (малик) Судного дня», и Он связал его с (этим) Днем. Он сказал еще: «...кому власть в тот день? Аллаху единственному, Всемогущему!» (Коран 40:16).

(6) Веди нас путем прямым,

(7) путем тех, которых Ты облагодетельствовал, —

не тех, которые под гневом, и не заблудших.

Разъяснение

Слова Всевышнего «Веди нас путем прямым, путем тех, которых Ты облагоде­тельствовал» и т.д.

Что касается «ведения верным путем» (л-хидайа), то смысл этого открывается в дополнении к слову «путь» (ас-сират). Что касается ас-сират, то это и «путь», и «дорога», близкие по смыслу. Ведь Всевышний уже описал (этот) «путь» «прямотой», затем разъяснил, что это — «путь», которым следуют те, которых Аллах Всевышний «облагодетельствовал». Стало быть, это такой «путь», целью которого является тот, у кого просят «ведения верным путем», а это — цель поклонения, т.е. раб божий про­сит Господа своего, чтобы его искреннее поклонение совершалось на этом «пути».

Разъяснение этого. Подлинно, Аллах Всеславный в своем божественном Слове определил для человеческого рода — нет, для всех, кроме Него, — «дорогу» (сабил), по которой люди следуют к Нему, Всеславному. Всевышний сказал: «О человек! Ты стремительно устремишься к Господу своему и встретишь Его!» (Коран 84:6); «И к нему— возвращение!» (Коран 64:3); «Разве не к Аллаху отправляются все де­ла!?» (Коран 42:53) и другие («знамения»). Это — ясное указание на то, что все они — путники «дороги» и что все они идут к Аллаху Всеславному.

Далее, Он разъяснил, что эта «дорога» — не одна «дорога», имеющая одно опре­деление, нет, она разветвляется на две ветви, разделяется на два пути (тарик). Он сказал: «Разве Я не заповедал вам, сыны Адама, чтобы вы не поклонялись шайта­ну, — ведь он для вас явный враг! — а поклонялись Мне: это — прямой путь!» (Ко­ран 36:60-61).

Там «прямой путь» (тарик), другой «путь»— за ним. Всевышний сказал: «...то ведь Я— близок, Я внемлю зову взывающего, когда он позовет Меня. Так пусть же они внемлют Мне и уверуют в Меня — может быть, они пойдут прямым путем!» (Коран 2:182/186); «...зовите Меня — Я внемлю вам; поистине, те, которые превоз­носятся над поклонением Мне, — войдут в геенну презренными!» (Коран 40:62/60). Всевышний разъяснил, что Он — близок к своим рабам и что самый близкий к Нему, Всевышнему, «путь» (тарик) — «путь» поклонения Ему и мольбы к Нему. Далее, при описании тех, которые не веруют, Всевышний сказал: «...те, к которым взыва­ют из отдаленного места» (Коран 41:44) и разъяснил, что цель тех, которые не ве­руют в своем шествии и на своей «дороге», — далекая.

Стало ясно, что к Аллаху — две «дороги»: близкая «дорога», а это — «дорога» ве­рующих, и далекая «дорога», а это — «дорога» других. Это — одна сторона расхож­дения относительно «дороги», там — другая сторона этого расхождения. Всевышний сказал: «Истинно, те, которые считали ложными Наши знамения и превозносились над ними, — не отворят им врата небесные!» (Коран 7:38/40). Если бы не было про­торенных путниками путей, не было бы смысла во вратах! Там «путь» (тарик) — снизу к высоте. Всевышний сказал: «...а кого настигнет гнев Мой, тот свалится вниз» (Коран 20:83/81). «Сваливание» (ал-хава) это — падение до самого низа, а там — другой «путь», начинающийся со схождения вниз и скатывания. Всевыш­ний сказал: «Кто подменяет веру неверием, тот сбился с ровной дороги» (Ко­ран 2:102/108), и Он определил отклонение (ад-далала) от ровной «дороги» как мно­гобожие (аш-ширк) — вместо Его слов «тот сбился (с ровной дороги)». При этом люди по их «путям» (турук) разделились на три части: тот, чей «путь» вверх, а это — те, которые верят в знамения Аллаха и не превозносятся над поклонением Ему; тот, чей путь вниз, а это — находящиеся «под гневом»; тот, кто сбился с пути, а это — блуждающий на нем, это — «заблудшие». Часто это деление дают почувст­вовать слова Всевышнего «путем тех, которых Ты облагодетельствовал, — не тех, которые под гневом, и не заблудших». «Прямой путь», несомненно, не есть два последних из трех «путей» (турук) — я имею в виду «путь» (находящихся) «под гневом» и «путь» «заблудших». Это отно­сится к первому «пути», который есть «путь» верующих, не превозносящихся. Однако слова Всевышнего «Возвышает Аллах степенями тех из вас, которые уверо­вали, и тех, кому дано знание» (Коран 58:12/11) указывают на то, что на самом пер­вом «пути» также происходит разделение.

Разъяснение этого. Всякое заблуждение это — многобожие как противополож­ность тому, что ты познал из слов Всевышнего: «Кто подменяет веру неверием, тот сбился с ровной дороги» (Коран 2:102/108). И в этом же смысле слова Всевышнего: «...чтобы вы не поклонялись Шайтану — ведь он для вас явный враг!— а поклонялись Мне: это — прямой путь! Он (Шайтан) уже ввел в заблуждение многочисленные толпы из вас» (Коран 36:60-62). Ал-Кур'ан считает многобожие (аш-ширк) неспра­ведливостью (зулм), и наоборот, как указывают на это слова Всевышнего, передаю­щие слова Шайтана: «[И сказал Шайтан], когда дело было решено: „..я отрекаюсь от того, что меня вы сделали соучастником раньше". Поистине, для несправед­ливых— наказание мучительное.» (Коран 14:26-27/22) и как, по словам Всевышнего, несправедливость считается заблуждением: «Те, которые уверовали и не облекли своей веры в несправедливость, для них — безопасность, и они ведомы верным путем» (Коран 6:82). Это очевидно из упорядоченного ведения верным путем и безопасности от заблуждения или наказания, которое заблуждение влечет за собой соответственно возвышению несправедливости и облачению в нее веры. В общем, заблуждение, многобожие и несправедливость — вещи одного порядка, и они тесно связаны друг с другом доказательством. Вот — искомое нашего утверждения: каждое из них в от­дельности объясняется через другое или оно — другое. Искомое это — доказательст­во, а не подразумеваемое.

Ели ты постиг это, то узнал, что «прямой путь» — это путь «не заблудших», путь, на котором совершенно нет места ни многобожию, ни несправедливости, как совер­шенно нет места на нем заблуждению, нет в сокровенных уголках сердца никакого неверия или вольнодумства, чем был бы недоволен Аллах Всеславный, и нет во внешних членах тела и главных составных частях никакого действия неповиновения или нерадения в послушании. Это — истина единобожия (ат-таухид) как теория и практика. Раз нет у них третьего, то, что после истины, кроме заблуждения?! Этому соответствуют слова Всевышнего: «Те, которые уверовали и не облекли своей веры в несправедливость, для них — безопасность, и они ведомы верным путем» (Ко­ран 6:82). В этих словах — утверждение безопасности на этом пути (ат-тарик) и обещание совершенного ведения верным путем. Основываясь на том, что они при­вели, что причастие действительного залога в действительности касается будущего времени, следует понять: это — одно из определений «прямого пути».

Далее, Всевышний определил этих «облагодетельствованных», с которыми Он связал «прямой путь», Своими словами: «А кто повинуется Аллаху и Посланнику, они вместе с теми, кого облагодетельствовал Аллах, из числа пророков, праведников, мучеников, благочестивых. Сколь прекрасны они как товарищи!» (Коран 4:71/69). Еще раньше, до этого «знамения», эту веру и повиновение Он описал словами: «Но нет — клянусь твоим Господом! — не уверуют они, пока не сделают тебя судьей в том, что запутано между ними. Потом не найдут они в самих себе сомнения отно­сительно того, что ты решил, и покорятся полностью. А если бы Мы предписали им: „ Убейте самих себя! — или выйдите из жилищ своих!" — то сделали бы это только немногие из них. А если бы они сделали то, чему их увещевают, то, истинно, это было бы лучше для них и прочнее утверждением» (Коран 4:68-69/65-66). Он описал их совершенной твердостью — словом и делом, явно и тайно — в богослужении, в этом отношении не обособляются от них (какие-либо) одиночки. Вместе с тем Он поместил этих верующих вслед за теми «облагодетельствованными» и в ряд, ниже их ряда, — потому что есть (предлог) «с» и потому что Он сказал: «Сколь прекрасны они как товарищи!» — а не сказал: «...они из тех, которых...».

Подобны этому «знамению» слова Всевышнего: «А те, которые уверовали в Алла­ха и Его посланников, — они праведники и мученики пред Господом своим, им — своя награда и свой свет» (Коран 57:18/} 9). Это— причисление верующих к мученикам и праведникам в будущей жизни, потому что Он сказал «...пред Господом своим» и сказал «...им — своя награда».

«Те» — а это спутники «прямого пути» — выше достоинством, почетнее степенью и положением, чем «эти», а это — верующие, которые очистили свои сердца и свои деяния от заблуждения, многобожия и несправедливости. Размышление об этих «знамениях» обязывает категорически утверждать, что «эти» — верующие, их дос­тоинство — это достоинство, а среди них есть еще «лучшие» (бакиййа), если бы они стали совершенными среди них, то они были бы «из тех, кого Аллах облагодетель­ствовал» и возвысились от положения сопутствия «вместе с ними» до степени вхож­дения в их число. Возможно, они — вид знания об Аллахе: упоминание об этом — в словах Всевышнего «Возвышает Аллах степенями тех из вас, которые уверовали, и тех, кому дано знание» (Коран 58:12/11). Спутники «прямого пути» «облагоде­тельствованы» благодеянием — это высшее из благодеяний достоинством, которое увеличивается соответственно благодеянию совершенной веры. И это— также одно из определений «прямого пути».

Далее, Всевышний, хотя и повторял в своем божественном Слове упоминание «пути» (ас-сират) и «дороги» (ас-сабил), не связал с собой больше, чем один «пря­мой путь», но причислил себе множество «дорог». Он сказал — да возвеличится го­ворящий!: «А тех, которые усердствовали за Нас, Мы действительно поведем верным путем нашими дорогами» (Коран 29:69). Так Он не связал «прямой путь» ни с одним из своих созданий, за исключением того, что в этом «знамении»: «...путем тех, которых Ты облагодетельствовал», но связал «дорогу» (ас-сабил) с другим из своих созданий. Всевышний сказал: «Скажи: „Это— моя дорога. Я призываю к Аллаху сознательно"» (Коран 12:108), «...[следуй] дорогой тех, кто обратился ко Мне» (Коран 31:14/15), «...[и пойдет не по] дороге верующих» (Коран 4:115). Из этих «знамений» понятно, что «дорога» — иное, нежели «прямой путь», ибо она расхо­дится, множится и избыточествует в силу расхождения среди поклоняющихся, идущих «дорогой» богослужения, в отличие от «прямого пути», как указывают на это слова Всевышнего: «Пришел к вам от Аллаха свет и ясное писание; им Аллах ведет прямо дорогами безопасности тех, кто последовал Его благоволению, по Своему соизволе­нию выведет их из мрака к свету и поведет их к прямому пути» (Коран 5:18/15-16). Он счел «дороги» многочисленными, а «путь»— единственным, это — «прямой путь» — либо это многочисленные «дороги», либо они ведут к нему путем достиже­ния одними из них других и их соединения в них.

Еще Всевышний сказал: «Большинство их не верует в Аллаха без того, чтобы не присоединять к Нему сотоварищей!» (Коран 12:106). И Он разъяснил, что в «много­божии» (аш-ширк) — а это «заблуждение» (далал) — есть то, что сходится с верой (ал-иман), это — «дорога». Из этого понятно, что «дорога» соединяется с «много­божием», однако «прямой путь» не соединяется с «заблуждением», как Он сказал: «...и не заблудших».

Размышление об этих «знамениях» дает [понять], что каждая отдельная из этих «дорог» соединяется с каким-либо недостатком или преимуществом, в отличие от «прямого пути», и что оба из них — это «прямой путь», но он — иной и отличается от другого (пути). Однако «прямой путь» соединяется с каждой из этих дорог, в сущности, он соединяется с тем, что не совпадает с ним, как это следует из некоторых упомянутых «знамений» и других, подобно Его словам: «...а поклонялись Мне: это — прямой путь!» (Коран 36:61), «Скажи: „Истинно, Господь мой вывел меня на прямой путь как правильную религию, как вероучение Ибрахима, как истинное еди­нобожие"» (Коран 6:162/161). Он назвал «богослужение» (ал-'ибада) «прямым пу­тем» и назвал «религию» (ад-дин) «прямым путем», и оба они являются общими среди «дорог» в совокупности. «Прямой путь» по отношению к «дорогам» Аллаха Всевышнего подобен духу (ар-pyx) по отношению к телу, подобно тому как у тела в течение его жизни (разные) состояния (атвар), при каждом состоянии оно иное, чем при другом состоянии, как то: детство, отрочество, юность, молодость, зрелый возраст, старость, дряхлость, однако дух есть дух, и он соединяется с ними. Тело мо­гут внезапно постигать состояния, которые несовместимы с тем, что нравится духу и требуется ему, если бы он остался в одиночестве. Душа их, в отличие от духа, — творение Аллаха, сообразно которым Он сотворил людей. Вместе с тем тело — это дух — я имею в виду человека. И подобно этому «дорога» (ас-сабил) к Аллаху Все­вышнему это — «прямой путь», но (эта) «дорога», подобно «дороге верующих», «до­роге раскаивающихся», «дороге последователей Пророка»— да благословит его Аллах и да приветствует! — или другим, относится к «дорогам» Аллаха Всевышнего. Иногда с ней связывается (какая-нибудь) беда извне или недостаток, однако оба они не представляют «прямой путь». Как ты уже познал, вера (ал-иман), а это «дорога», иногда сходится с «многобожием» (аш-ширк) и «заблуждением» (ад-далал), однако «прямой путь» не соединяется с чем-либо из этого. У «дороги»— много степеней в отношении ее чистоты, смешения, близости, отдаленности, но совокупность («до­рог») соответствует «прямому пути» или же это сам («путь»).

Ведь Аллах Всеславный разъяснил этот смысл — я имею в виду различие «дорог» к Аллаху, притом, что все они относятся к Его «прямому пути», — в притче, которую Он привел для истины и лжи в своем божественном Слове. Всевышний сказал: «Он низвел с неба воду, и она потекла по руслам соразмерно им, и унес поток вздымаю­щуюся пену. И из того, что плавят они в огне, желая украшений и предметов на­слаждения, — пена подобная той. Так Аллах приводит истину и ложь. Что касает­ся пены, то она уходит сором, а то, что полезно людям, остается на земле. Так Аллах приводит притчи» (Коран 13:18/17).

Выяснилось, что сердца и умы различаются в восприятии сокровенных знаний и совершенства, притом что все они опираются, доходя до предельного конца, на единый небесный дар. — Завершение разговора об этой притче будет в суре «Гром». — Словом, это также одно из определений «прямого пути».

И если ты вдумался в предшествовавшее из определений «прямого пути», тебе от­крылось, что «прямой путь» — хранитель всех «дорог» (ас-субул) к Аллаху и «пу­тей» (ат-турук), ведущих к Всевышнему, в том смысле, что «дорога» к Аллаху яв­ляется именно Его «дорогой», доводящей до Него, в той мере, в какой она заключает в себе действительно «прямой путь», притом что «прямой путь» — верно ведущий, доводящий до Него абсолютно, без какого-либо условия и ограничения, и поэтому Аллах Всевышний назвал его «прямым путем». Ас-Сират («путь») — это, очевидно, от ат-тарик («путь», «дорога»), взятое из (выражения) «я проглотил полностью (саритту сарат), когда сделал глоток» (бала'ту бал). Как будто он «проглатыва­ет» идущих по нему, так что не дозволяет им отклониться от него и не выталкивает их из своего нутра. Ал-Мустаким («прямой») — это тот, кто хочет встать на ноги, затем получает власть над собой и над тем, что принадлежит его душе, подобно управляющему (ал-ка'им), который распоряжается своим делом. Смысл сводится к тому, что это — тот, чье положение не изменяется и чье состояние не меняется. «Прямой путь» — то, что не оставляет свою власть (хукмаху) в своем «ведении вер­ным путем» и в своем доведении идущих по нему до своего конца и их цели. Всевышний сказал: «А что касается тех, которые уверовали в Аллаха и полагались на Него, — их Он введет в Свою милость и благость и поведет к Себе прямым пу­тем» (Коран 4:174/175), т.е. не оставит дело этого «ведения верным путем», нет, оно в своем состоянии непрестанно. Всевышний сказал: «Кого пожелает Аллах вести верным путем, тому раскрывает Он грудь для покорности, а кого пожелает сбить с пути, тому делает Он грудь стесненной, узкой, как будто он поднимается в небо. Так Аллах назначает наказание тем, которые не веруют! И это — путь Господа твоего прямой» (Коран 6:125/126), т.е. это— Его путь (ат-тарика), который не изменяется и не оставляется. Всевышний сказал: «Это— путь для Меня прямой. Поистине, над моими рабами у тебя нет власти, а только над теми заблуждающи­мися, которые последовали за тобой» (Коран 15:41/42), т.е. это — Мой образ дейст­вия (суннати) и Мой путь (тарикати) непрестанно, без изменения, и это сообразует­ся с Его словами: «Никогда не найдешь ты в образе действия Аллаха перемены, и никогда не найдешь ты в образе действия Аллаха изменения!» (Коран 35:41/42).


Первое из них. Пути (ат-турук) к Аллаху различны по полноте, недостатку, за­тратности, дешевизне, в отношении их близости к источнику истины и «прямому пу­ти», как то: ислам, вера, богослужение, искреннее исповедание единобожия, сми­ренность, равным образом как и их противоположности — неверие, многобожие, непризнание, неумеренность, ослушание. Всеславный сказал: «У каждого — степени в том, что они совершили, и, воистину, Он полностью воздаст им за их деяния — и они не будут обижены» (Коран 46:18/19).

Это — подобно божественному познанию, которое получают разумы от Аллаха, ибо они различны в силу разных предрасположенностей и разнообразны по оттенкам склонностей к тому, о чем говорится в притче, приведенной в словах Всевышнего: «Он низвел с неба воду, и она потекла по руслам соразмерно им...» (Коран 13:18/17).

Второе. Подобно тому как «прямой путь» — «охранитель» (мухаймин) всех «до­рог», так и спутники его — те, которых Аллах Всевышний укрепил на нем, управле­ние делом которых Он взял на себя и на которых Он возложил дело «ведения верным путем» Своих рабов, когда сказал: «Сколь прекрасны они как товарищи!» (Ко­ран 4:71/69). Всевышний сказал: «Ваш покровитель — только Аллах, Его посланник и те, которые уверовали, которые совершают молитву и дают очистительную милостыню, смиренно преклоняясь» (Коран 5:60/55). Согласно непрерывным преда­ниям, (это) «знамение» ниспослано в отношении «повелителя верующих» (амир ал-му'минин) 'Али— мир ему! — а он-— мир ему! — первый из общины (ал-умма), отворяющий эти врата (ал-баб). Окончание разговора об (этом) «знамении» будет приведено.

Третье . Смысл «ведения верным путем» (ал-хидайа) на «(прямой) Путь» (ас-сират) определяется в соответствии с определением смысла «Пути». Объяснение этого. «Ведение верным путем» это — указание на то, что содержится в «корнях» (ас-сихах), не имеющих «слабых» букв. В нем — переходность глагола «вести вер­ным путем» на два объектных дополнения по лексике жителей ал-Хиджаза, другие делают его переходным на второе объектное дополнение посредством (предлога) «ила» (к, до, на). Его слова— очевидны. Как было сказано, если «ведение верным путем» стало переходным на второе объектное дополнение само по себе, то это в смысле «доведения до искомого», если же оно стало переходным посредством (предлога) «ила», то это в смысле «показа дороги» (ат-тарик), приводя в качестве доказательства слова Всевышнего: «Воистину, ты не ведешь верным путем тех, кто тебе понравился, но Аллах ведет верным путем тех, кого пожелает» (Коран 28:56). Поскольку Его «ведение верным путем» в смысле «показа дороги» постоянно, то отрицаемое — иное, чем оно, это — доведение до искомого. Всевышний сказал: «...« повели бы Мы их прямым путем» (Коран 4:70/68), «... и, воистину, Ты верно ведешь на прямой путь» (Коран 42:52).

«Ведение верным путем» посредством «доведения до желаемого» становится пе­реходным на второе объектное дополнение само по себе, а «ведение верным путем» посредством «показа дороги» — с помощью (предлога) «ила». В нем упомянутое отрицание — это отрицание истины «ведения верным путем», которое осуществляет­ся Аллахом Всевышним. Для «ведения верным путем» нет отрицания совсем, дру­гими словами, это— отрицание полноты, а не отрицание истины, дополнительно к тому, что опровергнуто словами Всевышнего в рассказе о верующем из семейст­ва Фир'ауна/ Фараона: «[И сказал тот, который веровал}: „О соплеменники мои! Последуйте за мной, я поведу вас правильной дорогой"» (Коран40:41/38). Истина в том, что смысл «ведения верным путем» не отличается разной переходностью (гла­гола), возможно, что существует переходность на второе объектное дополнение, вро­де их выражения «я вошел в жилище».

Одним словом, «ведение верным путем» это — указание и показ цели (ал-гайа) посредством показа «дороги» (ат-тарик), а это — подобно доведению до искомого. Оно (ведение) осуществляется именно со стороны Аллаха Всеславного, Его образ действия (суннатуху) — образ действия способов (достижения) путем создания (ка­кого-либо) способа, посредством которого открывается желаемое и осуществляется достижение рабом божьим своей цели в ходе его странствия. Аллах Всеславный уже разъяснил это Своими словами: «Кого пожелает Аллах вести верным путем, тому раскрывает Он грудь для покорности...» (Коран 6:125), «...затем смягчается их кожа и их сердца к упоминанию Аллаха. Это — верное водительство Аллаха, кото­рым Аллах ведет верным путем, кого пожелает...» (Коран 39:24/23). Переходность (глагола) «смягчается» посредством (предлога) «ила» в Его словах — для выражения смысла, подобного «расположению» и «доверию», а это — создание Всевышним в сердце (человека) описания, посредством которого тот воспринимает упоминание Аллаха, чувствует к Нему расположение и доверие. И подобно тому как «дороги» Всевышнего различны, так и «ведение верным путем» (ал-хидайа) отличается разли­чием «дорог», которые приближаются к Нему, и для каждой «дороги»— «ведение верным путем» с Его стороны, которое свойственно исключительно ей.

На это различие указывают слова Всевышнего: «А тех, которые усердствовали ради Нас, — Мы непременно поведем их верно нашими дорогами. Поистине, Аллах, конечно, — с добродетельными!» (Коран 29:69). Так как Он установил различие между тем, что раб божий усердствует ради «дороги» Аллаха, и тем, что он усердст­вует ради Аллаха, то усердствующий ради первого имеет в виду безопасность «доро­ги» и устранение препятствий с нее, в отличие от усердствующего ради второго, ибо он имеет в виду именно лик Аллаха. И Аллах Всеславный одаривает его «ведением верным путем» по (одной) «дороге», а не другой, соответственно его готовности, свойственной исключительно ему. И подобно этому Аллах Всевышний одаривает его «ведением верным путем» по (одной) «дороге» после другой, так что Он отличает его исключительно самолично — да будет славным величие Его!

Четвертое Так как «прямой путь» является делом, хранимым на «дорогах» Ал­лаха Всевышнего, несмотря на различие их положений и степеней, то истинно, что Аллах верно ведет по нему человека, а тот— ведомый верным путем, и Он верно ведет его от (одного) «пути» (ас-сират) к другому в том смысле, что Он ведет его верным путем по одной из Своих «дорог», затем добавляет в Своем «ведении верным путем», и он (человек) становится ведомым верным путем от той «дороги» к тому, что превосходит ее степенью. Подобно тому как слова Всевышнего «Веди нас пу­тем», а это то, что Всевышний сообщает о тех, кого Он «вел верным путем» посредством поклонения, — в этом роде, и Он не отвечает ему, что просьба «ведения вер­ным путем» со стороны того, кто ведом верным путем посредством деяния, есть просьба ради получения результата, это — абсурд. Так езда по «пути» (ас-сират) после предписания езды по нему — получение результата, и с этим не связана прось­ба, ответ — очевиден.

Подобно этому сообщение Его о том, что наш божественный закон (шари'атуна) более совершенен и более всеобъемлющ со всех сторон, чем божественные законы предшествующих народов. Так какой же смысл просить Аллаха Всеславного вести нас верно на «путь» (ас-сират) тех, кого Аллах «облагодетельствовал» из них? Дело в том, что существование одного божественного закона, более совершенного, чем другой, — это одно дело, а существование (человека), придерживающегося божест­венного закона, более совершенного, чем придерживающийся другого божественно­го закона, — иное дело, оборотная сторона его. Ибо познающий верующий из числа верующих божественного закона Мухаммада — да благословит его Аллах и да при­ветствует! — несмотря на то что его божественный закон — самый совершенный и самый всеобъемлющий, не является более совершенным, чем Нух / Ной и Ибрахим / Авраам— мир им обоим!— несмотря на то что их божественный закон — самый давний и самый ранний. Это (означает) только то, что предписание божест­венных законов и следование им — иное, нежели предписание верховной власти (ал-вилайа), являющейся следствием овладения ими и усвоения их. Обладатель поло­жения (макам) «искреннего единобожия», хотя он и был из числа последователей предшествующих божественных законов, — совершеннее и достойнее того, кто не овладел положением «единобожия», в чьей душе (рух) не поселилась жизнь (интуи­тивного) познания и чьим сердцем не овладел свет божественного ведения верным путем, хотя бы он и следовал Мухаммадову — да благословит его Аллах и да при­ветствует! — божественному закону, который — самый совершенный и самый все­объемлющий из божественных законов. Возможно, что обладатель «низкого положе­ния» из числа последователей совершенного божественного закона будет искать вер­ный путь и просить у Аллаха «ведения верным путем» до положения обладателя «высокого положения» из числа последователей божественного закона, который — ниже его (первого).

Самое удивительное из того, что рассказано об этом положении, это — то, что рассказал некто из исследователей из числа экзегетов (ахл ат-тафсир) в ответ на это сомнение: религия Аллаха — одна, это — ислам, основы познания, а это — единобо­жие, пророчество, возвращение (будущая жизнь) и то, что разветвилось на них из общих знаний, — одни в божественных законах. Преимущество этого божественного закона над тем, что предшествовало ему из божественных законов, именно в том, что производные предписания в нем — самые объемлющие и самые полные для всех жизненных обстоятельств, они в наибольшей мере содействуют сохранению благ рабов божьих, с условием, что основа этого божественного закона зиждется на при­ведении в качестве доказательства всех его «путей» (турук) мудрости, наставления, наилучшего спора. Далее, хотя (эта) религия и была одной религией и общие позна­ния в целом равны, однако (люди) следовали «дорогой» Господа своего прежде на­шего следования, в этом они предшествовали нам, и Аллах повелел нам поразмыс­лить о том, чего они придерживались, и обратить внимание на то, во что они превра­тили это.

Я говорю: это рассуждение основано на принципах (усул), касающихся пути тол­кования (маслак ат-тафсир), противоречащих принципам, на которых должен осно­вываться путь толкования, ибо он основан на том, что истины подлинного знания (ал-ма'ариф ал-аслийа) — одни, так как действительность не имеет различия в отно­шении положений и степеней, как и все скрытые смысловые совершенства. Самый достойный из почитаемых пророков — вместе с самым низким из верующих, так как бытие и его наружное формообразующее совершенство — равны. Соперничество в превосходстве [происходит] именно по положениям (ал-макамат), установленным посредством законодательного действия, однако оно опирается на (какое-либо) фор­мообразование (таквин), подобно тому как соперничество в превосходстве между правителем (ал-малик) и подданными [происходит] именно по условному установ­ленному положению без различия, так как человеческое бытие — таково.

У этого принципа (асл) есть другой основывающийся на нем принцип — это при­знание подлинности материи (ал-мадда) и отрицание подлинности того, что за ее пределами, колебание в отношении его, исключая Аллаха Всеславного, путем ого­ворки «если угодно Аллаху!» в качестве доказательства. И в эту пропасть попал тот, кто попал по одной из двух причин: либо признание удовлетворенности чувством как опорой на материальные знания, либо прекращение размышления о Коране в силу удовлетворенности толкованием (ат-тафсир) посредством простонародного пони­мания.

У этого рассуждения — длинное дополнение, которое мы приведем в одном из по­следующих научных исследований, если будет угодно Аллаху Всевышнему!

Пятый. Преимущество последователей «прямого пути» над другими, а также их «пути» над «дорогой» (сабил) других [заключается] именно в (религиозном) знании (ал-'илм), не в практике — они знают о положении Господа своего то, чего не знают другие. Поскольку из предыдущего уже стало ясно, что законченное действие осуще­ствляется на некоторых «дорогах», которые ниже их «пути», то у их преимущест­ва не остается ничего, кроме (религиозного) знания. Что касается того, что это за знание и каково оно, то это мы исследуем — если будет угодно Аллаху! — в словах Всевышнего: «Он низвел с неба воду, и она потекла по руслам соразмерно им...» (Коран 13:18/17).

Об этом значении возвещают слова Всевышнего: «Возвышает Аллах степенями тех из вас, которые уверовали, и тех, кому дано знание...» (Коран 58:12/11), а также слова Всевышнего: «[Кто желает величия, то у Аллаха все — величие] к Нему вос­ходит слово доброе и дело благое, — того Он возвышает...» (Коран 35:11/10). Стало быть, то, что восходит к Всевышнему, это — «слово доброе», а это — верование (ал-и'тикад) и (религиозное) знание (ал-'илм). Что же касается «дела благого», то это подобно «возвышению слова доброго» и содействию, а не «восхождению» к Всевыш­нему. Окончание этого «Разъяснения» последует в исследовании (этого) «знамения».


ИЭС — Ислам. Энциклопедический словарь. М., 1991

EI, NE — Encyclopedic de l'lslam. Nouvelle ed. Leiden-London

GAS — Geschichte des arabischen Schrifttums von Fuat Sezgin. Bd. I. Qur'anwissenschaften. HadTt.

Geschichte. Fiqh. Dogmatik. Mystik bis ca. 430 H. Leiden, 1967 Прозоров. Ислам — СМ. Прозоров. Ислам как идеологическая система. М., 2004 Хрестоматия — Хрестоматия по исламу. Пер. с араб., введ. и примеч. Сост. и отв. ред.

СМ. Прозоров. М., 1994

1Перевод выполнен по заказу и при финансовой поддержке Культурного центра при посольстве Исламской Республики Иран в Российской Федерации.

2Коранические цитаты даны в откорректированных мной переводах И.Ю. Крачковского и Г.С. Саблукова.

3 Ибн 'Аббас — 'Абд Аллах б. (ал)'Аббас (ум. в 68/687-88 г.), двоюродный брат Мухаммада, один из самых уважаемых мусульманами ученых первого поколения, считающийся основателем экзегетической традиции (ат-тафсир) в исламе. Его пояснения к Корану были собраны в сборники, сохранившиеся до наших дней и изданные как «Комментарии» к Корану. См.: Veccia VagliehL. 'Abdallah b. al-'Abbas // EI, NE, 1,4-12. 'Абд Аллах б. 'Умар — так в издании, но, судя по контексту, здесь речь должна идти об 'Абд Аллахе б. Мас'уде (ум. в 33/653 г.), сподвижнике Мухаммада, непосредственно со слов которого он записал текст «Откровения», получивший распространение в ал-'Ираке. Список Ибн Мас'уда отличался как от версии

Убаййа б. Ка'ба, соперничавшего с Ибн Мас'дом в достоверности передачи «Откровения», так и с редак­цией Зайда б. Сабита, составившего по указанию халифа 'Усмана сводный текст Корана. См.: VadetJ. -С. Ibn Mas'Qd // EI, NE, III, 897-899; Хрестоматия, 36-37. Убайй б. Ка'б (ум. в 29/649-650 или в 34/654-55 г.) — один из сведущих и авторитетных в рецитации и толковании текста Корана сподвижников Мухаммада, составитель одного из списков, или версий, «От­кровения», имевшего хождение в аш-Шаме (Сирии). Версия Убаййа б. Ка'ба отличалась от сводного тек­ста Корана, составленного Зайдом б. Сабитом, как расположением сур, так и чтением отдельных мест. См.: Китаб ал-фихрист ли-н-Надим. Тихран, 1971, 29-30.

4 Муджахид б. Джабр ал-Макки (21/642-104/722)— собиратель и передатчик хадисов, автор самого раннего суннитского «Толкования» Корана (Тафсир ал-Кур'ан). Он считался представителем «рационали­стического» направления в толковании, метафорически объяснявший, в частности, антропоморфические выражения в Коране. См.: GAS, 1, 29, 66.

Катада б. Дийама Абу-л-Хаттаб ас-Садуси (59/679-117/735)— толкователь Корана, знаток преданий и генеалогий.

Ибн Аби Лайла (ум. в 148/765 г.) — известный богослов и законовед, бывший судьей (кади) в ал-Куфе, учитель первого в исламе верховного судьи (кади ал-кудат) в Багдаде, выдающегося правоведа Абу Йусуфа (113/731-182/798). См., например: Хрестоматия, 199, примеч. 1.

Аш-Ша'би (ум. в 103/721 г.) — известный куфийский мухаддис.

Ас-Судди — Исма'ил б. 'Абд ар-Рахман Абу Мухаммед ас-Судди (ум. до 128/745—46 г.), один из самых ранних авторов проалидских (ши'итских) комментариев к Корану. См.: 'Аббас ал-Кумми. Ал-Куна ва-л-алкаб. Ал-Джуз' 2. Ан-Наджаф, 1376/1956, 284-285.

5 Ирам Шаддада— легендарный город (или местообитание) древнего народа (племени) шаддад, унич­тоженного, согласно аравийским сказаниям, как и 'адиты, не внявшие проповедям посланного к ним про­рока Худа.

6 Метод символико-аллегорического (иносказательного), или рационалистического, толкования (ат-та'вил) Корана широко использовали как «умеренные» ши'иты, так и «крайние», в частности исма'илиты, претендовавшие на знание «сокровенного», «тайного» смысла Божественного Откровения. В контексте полемики между приверженцами этого метода и сторонниками буквального понимания коранического текста ат-та'вил нередко противопоставлялся ат-тафсиру как историко-филологическому и законоведческому комментарию, основанному на традиции. В более широком смысле эти термины употреблялись как синонимы. Подробнее об этом см.: А. Кн. (Кныш АД).Та'вил // ИЭС (Ислам. Энциклопедический словарь. М., 1991), 218-219.

7 Магический смысл ряда чисел, в частности 7 и 70, стал неотъемлемым элементом исламской религи­озной идеологии. Так, в Коране выделяют семь самых больших сур (ас-саб'а ат-тивал— со 2-й по 8-ю включительно), Коран подразделяют на семь частей, каждая из которых (хафт-ийак— «одна седьмая») переписывалась в отдельную тетрадь и издавалась. В ши'итском исламе «семеричники» признавали семь имамов, исма'илитская догматика основывается на семи «устоях» (да'а'им) веры. Бытуют представления о семи «небесах», о 70 «ветвях» веры, о 70 тыс. ангелов, ежедневно совершающих «обходы» вокруг «Оби­таемого (или: Посещаемого) Храма» (ал-байт ал-ма'мур) на небесах, ставшего прообразом ал-Ка'бы, и т.д.

8 Неясность, несогласованность и явная противоречивость некоторых выражений в Коране породили в среде мусульманских богословов представление об «отменяющем» (насих) и «отмененном» (мансух) «знамениях». Со временем эти представления оформились в отдельную отрасль мусульманской экзегети­ки — 'илм ан-насих ва-л-мансух («наука об отменяющем и отмененном знамениях»). Сохраняя незыбле­мость божественного Слова, мусульманские ученые в рамках этой науки пытались устранить некоторые разногласия в толковании коранического текста.

9 Ал-Мукаллида, или ахл ат-таклид, — «подражатели», прежде всего ханбалиты, настаивавшие на без­условном следовании в вопросах веры религиозному авторитету в противоположность тем, кто обращался к доводам разума.

Ал-Хашвийа (ал-хашавийа), или ахл ал-хашв, — прозвище мусульманских «сторонников предания» (ас­хаб ал-хадис), «традиционалистов», проповедовавших антропоморфистские взгляды. Ахл ал-хашв обозна­чает тех, кто «начиняет», «наполняет» свою речь подлинными или апокрифическими хадисшн. В VIII в. это название закрепилось за теми «сторонниками предания», которые допускали антропоморфистские выражения в отношении Аллаха, признавали вечность Корана и божественное предопределение.

В полемической литературе ахл ал-хашв часто употреблялось как оскорбительное прозвище — люди, говорящие необдуманно, опрометчиво, позволяющие вольное и демагогическое истолкование высказыва­ний и поступков пророка Мухаммада. См.: Прозоров. Ислам, 44-45.

Ал-Муджассима, или ахл ат-таджсим, — «отелесители», одна из категорий «антропоморфистов» (ал-мушаббиха, или ахл ат-ташбих), представлявшая Бога в телесном виде. В частности, в этом обвиняли каррамитов, однако последние отвергали подобные обвинения в свой адрес, утверждая, что под «телом» (джисм) Бога они подразумевают его субстанцию (аз-зат, ал-джаухар), не имеющую человеческих форм и членов. См.: Прозоров. Ислам, указ.

10 Мусульманские экзегеты подразделяют «знамения» на «ясные», «несомненные» (ал-мухкам), не тре­бующие разъяснения, и «неясные» (ал-муташабих), смысл которых темен и нуждается в разъяснении.

11 Ал-Фарикани («обе партии»)— это асхаб ал-хадис («сторонники предания», «традиционалисты») и асхаб ар-paи («сторонники самостоятельного суждения», «личного мнения»), представлявшие два тече­ния, или два направления, в раннем исламе, приверженцы которых имели разные приоритеты в выборе аргументов при решении богословско-правовых вопросов. Первые опирались исключительно на хадиси («предания», «традицию», отсюда «традиционалисты»), вторые прибегали к доводам разума (отсюда «ра­ционалисты»).

12 Имеется в виду, очевидно, пруд (гадир) в местечке Хумм (между Маккой и ал-Мадиной), где, по пре­данию, Мухаммед, собрав своих сподвижников на общую молитву, произнес слова, ставшие в идеологии ши'итов одним из решающих аргументов при обосновании исключительных прав 'Али и его потомков на верховную власть — имамат: «Кому я был покровителем, тому 'Али покровитель. О боже! Будь покрови­телем тому, кто был его другом, будь врагом тому, кто был его врагом, помоги тому, кто помог ему, оставь без поддержки того, кто его оставил без поддержки, и пусть он будет прав, где бы он ни находился!» См., например: Мухаммад ибн 'Абд ал-Карим аш-Шахрастани. Книга о религиях и сектах (Китаб ал-милал ва-н-нихал). Ч. 1. Ислам. Пер. с араб., введение и коммент. СМ. Прозорова. М., 1984, 144.

13 Другой вариант этого пространного хадиса приводится, например, в «Мусаннаф» Ибн Аби Шайбы (159/776-235/850). Ср.: Абу Бакр 'Абд Аллах б. Мухаммад б. Аби Шайба Китаб ал-мусаннаф фи-л-ахадис ва-л-асар. Ар-Рийад, 1409 (1988). Ал-Джуз' 7, 465.

14 Имеется в виду очень почитаемое в ши'итской среде собрание высказываний, речей и проповедей 'Али, изданное под общим названием Нахдж ал-балага («Ясный путь красноречия»).

15 Ал-'Амма (мн.ч. ал-'авамм)— «простонародье», «чернь», «толпа» в противоположность ал-хасса (мн.ч. ал-хавасс) — «избранные», «знать», «элита». Противопоставление ал-'амма и ал-хасса проводилось на разных уровнях религиозного и социального деления мусульманского общества. В качестве ал-хасса муджтахиды противопоставляются простым мусульманам, суфийские «святые» (аулийа'), которым якобы доступны сокровенные истины (ал-хака ик) религии, — всем остальным мусульманам, вера которых сво­дится к исполнению религиозных предписаний, обладатели высших степеней исма'илитской иерархии, посвященные в эзотерическую доктрину ислама (ал-батин), — «непосвященным», рядовым членам общи­ны, для которых доступно лишь «явное», «внешнее» (аз-захир) в религии.

В полемической и доксографической литературе термины ал-хасса и ал-'амма получили специальное и устойчивое значение: первый стал синонимом термина аш-ши'а (ши'иты), а второй— синонимом тер­минов ахл ас-сунна вал-джама'а, или асхаб ал-хадис (сунниты). Согласно имамитской традиции, бого­слов-полемист Абу Джа'фар ал-Ахвал (ум. в 777 г.), подразделив мусульман на четыре основные катего­рии, одним из первых выделил ал-хасса («особые», «избранные», т.е. ши'иты) как общину «спасущихся» (ан-наджийа), противопоставив ее хариджитам, кадаритам и суннитам ал-'амма. В дальнейшем термин ал-хасса укоренился как самоназвание ши'итов, противопоставивших себя суннитской массе — ал-'амма. Ши'итский «путь», или «доктрина» (мазхаб ал-хасса), в цепом противополагался суннитскому «пути», или «доктрине» (мазхаб ал-'амма). Приверженцев этих «доктрин» называли соответственно ал-хасси (хасси ал-мазхаб) и ал-'амми ( 'амми ал-мазхаб). См.: Прозоров. Ислам, 341-342.

16 «Обе партии» (ал-фаршани) — это асхаб ал-хадис («сторонники предания», «традиционалисты») и асхаб ар-ра'й («сторонники самостоятельного суждения», «личного мнения»). Подробнее о них см. вы­ше, примеч. 11.

17 Это высказывание Мухаммада в разных сборниках хадисов приводится в разных редакциях: вместо амр («дело») встречается капам («речь»), хадис, вместо би-сми-Ллахи («Во имя Аллаха») — би-зикри-Ллахи («с поминания Аллаха»), би-хамди-Ллахи («с хвалы Аллаху») и т.д.

18 Очень популярный хадис, цитируемый в разных вариантах во многих авторитетных сборниках, в ча­стности в «ас-Сахих» Муслима, «ас-Сунан» ат-Тирмизи, «ас-Сунан» Абу Да'уда ас-Сиджистани и т.д.

Перевод выполнен по заказу и при финансовой поддержке Культурного центра при посольстве Исламской Республики Иран в Российской Федерации Коранические цитаты даны в откорректированных мной переводах И.Ю. Крачковского и Г.С. Саблукова Ибн 'Аббас — 'Абд Аллах б. (ал)'Аббас (ум. в 68/687-88 г.), двоюродный брат Мухаммада, один из самых уважаемых мусульманами ученых первого поколения, считающийся основателем экзегетической традиции (ат-тафсир) в исламе. Его пояснения к Корану были собраны в сборники, сохранившиеся до наших дней и изданные как «Комментарии» к Корану. См.: Veccia VagliehL. 'Abdallah b. al-'Abbas // EI, NE, 1,4-12. 'Абд Аллах б. 'Умар — так в издании, но, судя по контексту, здесь речь должна идти об 'Абд Аллахе б. Мас'уде (ум. в 33/653 г.), сподвижнике Мухаммада, непосредственно со слов которого он записал текст «Откровения», получивший распространение в ал-'Ираке. Список Ибн Мас'уда отличался как от версии Убаййа б. Ка'ба, соперничавшего с Ибн Мас'дом в достоверности передачи «Откровения», так и с редак­цией Зайда б. Сабита, составившего по указанию халифа 'Усмана сводный текст Корана. См.: VadetJ. -С. Ibn Mas'Qd // EI, NE, III, 897-899; Хрестоматия, 36-37. Убайй б. Ка'б (ум. в 29/649-650 или в 34/654-55 г.) — один из сведущих и авторитетных в рецитации и толковании текста Корана сподвижников Мухаммада, составитель одного из списков, или версий, «От­кровения», имевшего хождение в аш-Шаме (Сирии). Версия Убаййа б. Ка'ба отличалась от сводного тек­ста Корана, составленного Зайдом б. Сабитом, как расположением сур, так и чтением отдельных мест. См.: Китаб ал-фихрист ли-н-Надим. Тихран, 1971, 29-30 Муджахид б. Джабр ал-Макки (21/642-104/722)— собиратель и передатчик хадисов, автор самого раннего суннитского «Толкования» Корана (Тафсир ал-Кур'ан). Он считался представителем «рационали­стического» направления в толковании, метафорически объяснявший, в частности, антропоморфические выражения в Коране. См.: GAS, 1, 29, 66. Катада б. Дийама Абу-л-Хаттаб ас-Садуси (59/679-117/735)— толкователь Корана, знаток преданий и генеалогий. Ибн Аби Лайла (ум. в 148/765 г.) — известный богослов и законовед, бывший судьей (кади) в ал-Куфе, учитель первого в исламе верховного судьи (кади ал-кудат) в Багдаде, выдающегося правоведа Абу Йусуфа (113/731-182/798). См., например: Хрестоматия, 199, примеч. 1. Аш-Ша'би (ум. в 103/721 г.) — известный куфийский мухаддис. Ас-Судди — Исма'ил б. 'Абд ар-Рахман Абу Мухаммед ас-Судди (ум. до 128/745—46 г.), один из самых ранних авторов проалидских (ши'итских) комментариев к Корану. См.: 'Аббас ал-Кумми. Ал-Куна ва-л-алкаб. Ал-Джуз' 2. Ан-Наджаф, 1376/1956, 284-285 Ирам Шаддада— легендарный город (или местообитание) древнего народа (племени) шаддад, унич­тоженного, согласно аравийским сказаниям, как и 'адиты, не внявшие проповедям посланного к ним про­рока Худа Метод символико-аллегорического (иносказательного), или рационалистического, толкования (ат-та'вил) Корана широко использовали как «умеренные» ши'иты, так и «крайние», в частности исма'илиты, претендовавшие на знание «сокровенного», «тайного» смысла Божественного Откровения. В контексте полемики между приверженцами этого метода и сторонниками буквального понимания коранического текста ат-та'вил нередко противопоставлялся ат-тафсиру как историко-филологическому и законоведческому комментарию, основанному на традиции. В более широком смысле эти термины употреблялись как синонимы. Подробнее об этом см.: А. Кн. (Кныш АД).Та'вил // ИЭС (Ислам. Энциклопедический словарь. М., 1991), 218-219 Магический смысл ряда чисел, в частности 7 и 70, стал неотъемлемым элементом исламской религи­озной идеологии. Так, в Коране выделяют семь самых больших сур (ас-саб'а ат-тивал— со 2-й по 8-ю включительно), Коран подразделяют на семь частей, каждая из которых (хафт-ийак— «одна седьмая») переписывалась в отдельную тетрадь и издавалась. В ши'итском исламе «семеричники» признавали семь имамов, исма'илитская догматика основывается на семи «устоях» (да'а'им) веры. Бытуют представления о семи «небесах», о 70 «ветвях» веры, о 70 тыс. ангелов, ежедневно совершающих «обходы» вокруг «Оби­таемого (или: Посещаемого) Храма» (ал-байт ал-ма'мур) на небесах, ставшего прообразом ал-Ка'бы, и т.д Неясность, несогласованность и явная противоречивость некоторых выражений в Коране породили в среде мусульманских богословов представление об «отменяющем» (насих) и «отмененном» (мансух) «знамениях». Со временем эти представления оформились в отдельную отрасль мусульманской экзегети­ки — 'илм ан-насих ва-л-мансух («наука об отменяющем и отмененном знамениях»). Сохраняя незыбле­мость божественного Слова, мусульманские ученые в рамках этой науки пытались устранить некоторые разногласия в толковании коранического текста Ал-Мукаллида, или ахл ат-таклид, — «подражатели», прежде всего ханбалиты, настаивавшие на без­условном следовании в вопросах веры религиозному авторитету в противоположность тем, кто обращался к доводам разума. Ал-Хашвийа (ал-хашавийа), или ахл ал-хашв, — прозвище мусульманских «сторонников предания» (ас­хаб ал-хадис), «традиционалистов», проповедовавших антропоморфистские взгляды. Ахл ал-хашв обозна­чает тех, кто «начиняет», «наполняет» свою речь подлинными или апокрифическими хадисшн. В VIII в. это название закрепилось за теми «сторонниками предания», которые допускали антропоморфистские выражения в отношении Аллаха, признавали вечность Корана и божественное предопределение. В полемической литературе ахл ал-хашв часто употреблялось как оскорбительное прозвище — люди, говорящие необдуманно, опрометчиво, позволяющие вольное и демагогическое истолкование высказыва­ний и поступков пророка Мухаммада. См.: Прозоров. Ислам, 44-45. Ал-Муджассима, или ахл ат-таджсим, — «отелесители», одна из категорий «антропоморфистов» (ал-мушаббиха, или ахл ат-ташбих), представлявшая Бога в телесном виде. В частности, в этом обвиняли каррамитов, однако последние отвергали подобные обвинения в свой адрес, утверждая, что под «телом» (джисм) Бога они подразумевают его субстанцию (аз-зат, ал-джаухар), не имеющую человеческих форм и членов. См.: Прозоров. Ислам, указ Мусульманские экзегеты подразделяют «знамения» на «ясные», «несомненные» (ал-мухкам), не тре­бующие разъяснения, и «неясные» (ал-муташабих), смысл которых темен и нуждается в разъяснении Ал-Фарикани («обе партии»)— это асхаб ал-хадис («сторонники предания», «традиционалисты») и асхаб ар-paи («сторонники самостоятельного суждения», «личного мнения»), представлявшие два тече­ния, или два направления, в раннем исламе, приверженцы которых имели разные приоритеты в выборе аргументов при решении богословско-правовых вопросов. Первые опирались исключительно на хадиси («предания», «традицию», отсюда «традиционалисты»), вторые прибегали к доводам разума (отсюда «ра­ционалисты») 1 Имеется в виду, очевидно, пруд (гадир) в местечке Хумм (между Маккой и ал-Мадиной), где, по пре­данию, Мухаммед, собрав своих сподвижников на общую молитву, произнес слова, ставшие в идеологии ши'итов одним из решающих аргументов при обосновании исключительных прав 'Али и его потомков на верховную власть — имамат: «Кому я был покровителем, тому 'Али покровитель. О боже! Будь покрови­телем тому, кто был его другом, будь врагом тому, кто был его врагом, помоги тому, кто помог ему, оставь без поддержки того, кто его оставил без поддержки, и пусть он будет прав, где бы он ни находился!» См., например: Мухаммад ибн 'Абд ал-Карим аш-Шахрастани. Книга о религиях и сектах (Китаб ал-милал ва-н-нихал). Ч. 1. Ислам. Пер. с араб., введение и коммент. СМ. Прозорова. М., 1984, 144 Другой вариант этого пространного хадиса приводится, например, в «Мусаннаф» Ибн Аби Шайбы (159/776-235/850). Ср.: Абу Бакр 'Абд Аллах б. Мухаммад б. Аби Шайба Китаб ал-мусаннаф фи-л-ахадис ва-л-асар. Ар-Рийад, 1409 (1988). Ал-Джуз' 7, 465. Имеется в виду очень почитаемое в ши'итской среде собрание высказываний, речей и проповедей 'Али, изданное под общим названием Нахдж ал-балага («Ясный путь красноречия»). Ал-'Амма (мн.ч. ал-'авамм)— «простонародье», «чернь», «толпа» в противоположность ал-хасса (мн.ч. ал-хавасс) — «избранные», «знать», «элита». Противопоставление ал-'амма и ал-хасса проводилось на разных уровнях религиозного и социального деления мусульманского общества. В качестве ал-хасса муджтахиды противопоставляются простым мусульманам, суфийские «святые» (аулийа'), которым якобы доступны сокровенные истины (ал-хака ик) религии, — всем остальным мусульманам, вера которых сво­дится к исполнению религиозных предписаний, обладатели высших степеней исма'илитской иерархии, посвященные в эзотерическую доктрину ислама (ал-батин), — «непосвященным», рядовым членам общи­ны, для которых доступно лишь «явное», «внешнее» (аз-захир) в религии. В полемической и доксографической литературе термины ал-хасса и ал-'амма получили специальное и устойчивое значение: первый стал синонимом термина аш-ши'а (ши'иты), а второй— синонимом тер­минов ахл ас-сунна вал-джама'а, или асхаб ал-хадис (сунниты). Согласно имамитской традиции, бого­слов-полемист Абу Джа'фар ал-Ахвал (ум. в 777 г.), подразделив мусульман на четыре основные катего­рии, одним из первых выделил ал-хасса («особые», «избранные», т.е. ши'иты) как общину «спасущихся» (ан-наджийа), противопоставив ее хариджитам, кадаритам и суннитам ал-'амма. В дальнейшем термин ал-хасса укоренился как самоназвание ши'итов, противопоставивших себя суннитской массе — ал-'амма. Ши'итский «путь», или «доктрина» (мазхаб ал-хасса), в цепом противополагался суннитскому «пути», или «доктрине» (мазхаб ал-'амма). Приверженцев этих «доктрин» называли соответственно ал-хасси (хасси ал-мазхаб) и ал-'амми ( 'амми ал-мазхаб). См.: Прозоров. Ислам, 341-342 «Обе партии» (ал-фаршани) — это асхаб ал-хадис («сторонники предания», «традиционалисты») и асхаб ар-ра'й («сторонники самостоятельного суждения», «личного мнения»). Подробнее о них см. вы­ше, примеч. 11 Это высказывание Мухаммада в разных сборниках хадисов приводится в разных редакциях: вместо амр («дело») встречается капам («речь»), хадис, вместо би-сми-Ллахи («Во имя Аллаха») — би-зикри-Ллахи («с поминания Аллаха»), би-хамди-Ллахи («с хвалы Аллаху») и т.д Очень популярный хадис, цитируемый в разных вариантах во многих авторитетных сборниках, в ча­стности в «ас-Сахих» Муслима, «ас-Сунан» ат-Тирмизи, «ас-Сунан» Абу Да'уда ас-Сиджистани и т.д.